Сон растворялся, как крупинки сахара в горячем чае, а я силилась удержать это непривычное ощущение свободы и радости. Лишь один раз в жизни я чувствовала нечто подобное: когда мы с Ленкой отплясывали на том самом новогоднем корпоративе. Обычно я слишком стесняюсь, чтобы выйти на танцпол, а тут то ли шампанское в голову ударило, то ли Ленка меня своей безбашенностью заразила, но я сама от себя была в шоке.

— Лала… — вслух прошептала я, катая имя на языке, как леденец. — Лала…

Какое задорное, яркое, искромётное имя! Не то что «Наташа». Про «Наталья Владимировна» вообще молчу: с таким именем только и корпеть над накладными и отчётами…

— Имя можно поменять. Даже в паспорте.

Я вздрогнула и открыла глаза. Митрофан сидел на подоконнике и умывался.

— Ты опять мои мысли читаешь?

— Ну так ты же заборчик убрала. А без заборчика любой мимокрокодил волей-неволей всё слышит.

Щёки вспыхнули, и я поспешно набросила на голову вуаль. Или не набросила? Как понять, получилось или нет?

— Получилось. Но не совсем. — Митрофан лениво зевнул. — Слов не слышно, но эмоции всё равно фонят.

— И как это исправить?

— Я не маг, а всего лишь кот учёный. Лучше у Аделюшки спроси.

Он спрыгнул с подоконника и устроился на своей табуретке, спиной ко мне.

Интересно, он это случайно или чтобы меня не смущать? И стоит ли смущаться кота? Даже если он говорящий…

Я торопливо вскочила и натянула джинсы и водолазку. Словно по сигналу, в комнату вошла Адель Афанасьевна — в облаке таких ароматов, что мой желудок требовательно заурчал.

— С добрым утром! Как спалось? — Она поставила на стол поднос с большим блюдом и несколькими поменьше. — Митрофанушка, я тебе рыбный пирог испекла, твой любимый. А ещё есть блинчики с мясом, с творогом, с грибами и картошкой. Кушайте, пока горяченькое всё.

— Ой, Адель Афанасьевна, мне правда неловко… Завалилась к вам гости, осталась ночевать, а теперь ещё и такой роскошный завтрак.

Она улыбнулась.

— Так ведь ты своя, не чужая. И что ты меня всё «Адель Афанасьевной» кличешь? Зови просто «тётя Адель».

Щёки загорелись от смущения, но сердце радостно подпрыгнуло. Адель Афанасьевна была именно такой тётушкой, которой мне всегда не хватало: кто-то близкий, к кому можно прийти, когда тебе плохо и ты не знаешь, что с этим делать.

— Хорошо… тётя Адель… Я только умоюсь!

Я сунула босые ноги в тапочки и метнулась в ванную. Из зеркала над раковиной на меня смотрела молодая женщина с короткими каштановыми волосами — вместо роскошной чёрной гривы до пояса. Водолазка и джинсы вместо длинных парящих юбок и цветастой шали.

— Лала… — произнесла я вслух, глядя на своё отражение.

На этот раз имя не взорвалось мятным вкусом на языке, а слетело с него, как изжёванная жвачка.

Волшебства не случилось. Я не Лала. Я Наталья Владимировна Пантелеймонова, обычный бухгалтер в фирме «Рога и копыта», на моей шее висит кредит, и я накрепко прикована к давно опостылевшему офису: сидеть мне там вечно, как птичке в клетке.

Или нет?

Поможет ли мне магия вырваться на волю?..

Когда я вернулась в комнату, Митрофан уже успел расправиться с половиной пирога и теперь тщательно намывал морду. Стол всё ещё ломился от еды. Я жадно набросилась на блинчики: тонкие, хрустящие, раздувшиеся от начинки и щедро политые домашней сметаной.

— Тётя Адель, вам надо не сувенирную лавку держать, а кафешку! — сказала я с набитым ртом. — К вам весь город в очередь выстраиваться будет!

— Кафешек у нас и так пруд пруди, на любой вкус и кошелёк. А гадалка всего одна. Да и сувениры у меня не простые. — Она подмигнула. — Кстати, а ты себе браслетик не хочешь?

Я вздрогнула, чуть не подавилась и невольно посмотрела на левое запястье. Хватит с меня одного браслетика!

То ли моя вуаль против тёти Адели бесполезна, то ли у меня и так всё на лице написано было, но она улыбнулась и продолжила:

— Браслеты разные бывают. Можно сделать себе помощника, который будет, например, держать защиту даже во сне, чтобы никто твои мысли прочитать не мог. А заодно, если надеть его на левую руку, он точно так же Кощеев браслет скроет: обычные люди его не увидят.

Я даже раздумывать не стала:

— Это было бы здорово! — Но тут же спохватилась: — У меня сейчас с деньгами не очень. Всё на штрафы ушло…