Мне, блядь, приятно. Приятно всё, что она делает.

То, как темные пряди пружинят рядом с моим лицом. То, как свежо пахнет парфюм. То, как она задевает меня горячим дыханием.

Всё это тоже приятно. В комплексе.

Я… блядь, возможно, об этом пожалею, когда приду в себя и когда накроет осознание, но в моменте кажется, что когда фундамент сыплется, уже не так важно, когда именно случится обвал. Сегодня, завтра или вчера. А может, и не пожалею. Потому что от себя у меня уже нет завышенных ожиданий.

Просто хочется. Просто, сука, надо. Как потребность.

Поэтому, пока Даяна переходит ко второй половине лица, я зажимаю её колени своими ногами. Зажимаю и выпадаю из реальности.

Реакция — напряг всем телом. У меня тоже.

Сглатываю и тяжело дышу.

Подняв руку, обхватываю тонкую шею и тяну на себя, заставляя наклониться ниже.

Пульс бесится. По нервным окончаниям пробегает колючий разряд.

Зрительный контакт вспарывает густой воздух между нами, волосы щекочут плечи. До того, как наши губы примагничиваются, я успеваю только резко выдохнуть. И всё — контроль ускользает. В голове адский гул, инстинкты обостряются до предела.

Даяна колеблется, взвешивая за и против. Я не тороплю, но слегка напираю. А потом она проводит пальцами по моим коротким волосам, срывая последний спусковой крючок.

Тихие стоны, которые я получаю, проходят вибрацией по грудной клетке. Я не разбираюсь ни в одном из своих ощущений. Они всмятку. Но это тоже приятно. Даже очень.

Несмотря на то что у нас происходит рассинхрон, осторожность сталкивается с нетерпеливостью, и ни один из нас толком не понимает ни зачем, ни для чего, ни что делать дальше. Мы торопимся и то и дело сталкиваемся зубами.

Слишком мало кислорода. Слишком много спешки. Желание опережает координацию движений.

Стоит языкам сплестись, как это добавляет сумбура в и без того спутанные ощущения. Дезориентирует ещё больше.

Я никак не реагирую на стук в дверь. Даже не сразу его различаю, но Даяна дёргается и растерянно переводит взгляд к источнику шума.

— На минуту. Вдруг там полиция или ещё что-то случилось, — путано проговаривает, пока отстраняется.

Я прикладываюсь затылком к стене, глядя прямо перед собой.

Энергия зудит под кожей, не позволяя усидеть на месте.

Когда остаюсь в комнате один, пружиной подхватываюсь со стула, разминаю ладонью шею и пытаюсь вернуть башке способность соображать. Я не пил, но чувствую себя в хлам пьяным.

Возвращение Даяны не успевает ни отрезвить, ни охладить пыл. И я кладу хуй на все знаки. На условности тоже. Одним движением отрываю её от пола, усаживаю на стол и развожу её ноги коленом, вклиниваясь между ними.

— Даяна… — порывисто окликаю по имени.

— Прошу... Не надо…

Это не попытка переложить или разделить ответственность. Нет. Скорее попытка обозначить границы. Или признание того, что я понятия не имею, что будет дальше.

Я правда не знаю. Скорее всего, ничего хорошего.

— Я помню, Святослав, — слегка усмехается Даяна, поднимая на меня взгляд. — Женат. Хорошо танцую. Шлюхами не пользуешься. Ничего не забыла?

Мы дышим часто и шумно. Кровь приливает к лицу. В висках набатом стучит пульс.

Я кладу ладони на гладкие бёдра и веду их вверх — по талии, по рёбрам, пока не стопорюсь.

На Даяне нет бюстгальтера. Чтобы раздеть её до пояса, достаточно просто стянуть вниз тонкие лямки майки. Стянуть и ошарашено разглядеть острые плечи, выразительные ключицы и высокую упругую грудь.

В горле сухо. Немного дерёт.

Сказать, что я впервые её вижу, — не могу. Не впервые. Но всё равно сверлю взглядом. Тёмно-вишнёвые соски, небольшие ареолы, плавные изгибы и линии, которые я изучаю с напором, стискивая до мягкой податливости, будто тёплую глину.

Я чувствую себя странно. Ёбаным девственником. Пацаном без опыта. Хотя дома лежит архив личной порнухи.

Немного колбасит. Так, что сам себя не узнаю.

Двенадцать лет. Двенадцать, блядь. Юность, взросление, зрелость… Я не помню другого тела. Других губ. Не знаю, как это бывает, когда не по наитию.

Жар под рёбрами нарастает настолько быстро, что я не успеваю сдержать хриплый выдох.

Ухватившись за пояс светлых штанов, тяну их вниз вместе с трусами. Даяна опирается на руки, приподнимая бёдра, чтобы помочь мне. А я помогаю ей избавиться от моей футболки, стягивая её через голову.