Внизу, во дворе, было темно, но у входа в её крыло уже виднелись две новые фигуры стражи.

Ричард не солгал.

Он начал действовать сразу.

Рогнеда медленно отступила от окна.

Сердце колотилось теперь уже не от разговора, а от ясного, холодного понимания: если до этого побег был безумной возможностью, то теперь он стал единственным шансом.

И времени у них почти не осталось.

Глава 8

Глава 8

Ночь была тихой, но не спокойной.

В таких ночах замок не спал — лишь замирал, пряча в себе шорохи, шаги, чужие решения и страх, который становился громче любого звука.

Рогнеда шла быстро, почти не чувствуя под собой ног.

После разговора с Ричардом медлить было нельзя. Она слишком ясно увидела в его глазах не просьбу и даже не ревность — решение. К утру её уже не выпустили бы из покоев. К утру всё стало бы поздно.

У старой лестницы, ведущей к нижним переходам, её уже ждали.

Ивар — нет, теперь в её мыслях всё чаще Артём — стоял в тени у стены, бледный, напряжённый, упрямо прямой, хотя было видно: держится он из последних сил. Рядом с ним был Габриэль.

Рогнеда остановилась.

На один короткий миг страх перед побегом отступил, уступив место чему-то гораздо более глубокому и болезненному.

Габриэль смотрел на неё долго, внимательно, как будто хотел запомнить.

Не как советник. Не как приближённый. Не как человек двора.

Как отец, который уже понял, что удержать не сможет.

— Путь пока свободен, — тихо сказал он. — Левая галерея выведет вас к южному саду. Там старые ворота. Они не запираются изнутри. Дальше — к внешней стене и вниз по террасе. Лошади ждут за рощей.

Рогнеда не сразу ответила.

Она вдруг поняла, что если скажет хоть слово обычным тоном, то не выдержит.

— Вы… — начала она и осеклась.

Габриэль чуть нахмурился, будто не желая усложнять этот миг.

— Сейчас не время, Рогнеда.

Но она уже шагнула к нему.

И прежде чем он успел что-то сказать, обняла его.

Крепко. Почти отчаянно.

Он замер.

Наверное, на секунду. Наверное, на целую вечность.

— Спасибо, папа, — прошептала она.

Эти слова прозвучали так тихо, что могли бы потеряться в каменной тишине коридора.

Но не потерялись.

Габриэль медленно выдохнул.

Рука его дрогнула, потом всё же легла ей на плечо — бережно, тяжело, с той сдержанностью, за которой всегда скрывается слишком многое.

— Иди, девочка, — сказал он хрипло. — Пока я ещё могу сделать вид, что не видел тебя.

Рогнеда отстранилась и подняла на него глаза.

Впервые за долгое время она не пыталась казаться сильнее, чем есть.

— Я не забуду.

— Постарайся лучше выжить.

Артём отвёл взгляд, будто понимал, что это не его момент.

Но Габриэль посмотрел и на него тоже.

Долго. Сурово. Слишком по-отцовски, чтобы это можно было спутать с простым недоверием.

— Если из-за тебя с ней что-то случится, — тихо произнёс он, — я найду способ воскресить тебя только для того, чтобы убить ещё раз.

На лице Артёма мелькнула слабая, почти усталая усмешка.

— Справедливо.

— Это не шутка.

— Я понял.

Габриэль кивнул.

— Тогда идите.

Они двинулись молча.

Старые коридоры были узкими, прохладными, пахли сыростью и пылью. Тусклый свет редких ламп едва разгонял темноту. Рогнеда слышала только их шаги и собственное сердце, бьющееся слишком быстро, слишком громко.

Артём шёл рядом, чуть позади, будто даже сейчас пытался прикрыть её собой.

Несколько раз она украдкой смотрела на него.

Он был бледен. Слишком бледен. Слишком напряжён.

Но молчал.

И она тоже.

Слова в такие минуты только мешали. Всё самое важное уже было сказано раньше — в комнате, в признании, в согласии, в выборе, который теперь вёл их вперёд.

Они миновали галерею. Поворот. Низкую арку. Ещё один тёмный проход.

И наконец впереди показался выход.

Не свобода ещё. Но воздух.

Ночной сад встретил их сырой прохладой, запахом травы, роз и влажной земли. После каменного, душного нутра замка это ощущалось почти нереально.

Они успели.

Рогнеда остановилась на миг, глядя в темноту аллей, на серебристые полосы лунного света на дорожках, на чёрные силуэты деревьев.

Сердце сжалось.

Неужели правда? Неужели они вышли?

Артём коснулся её локтя.

— Не останавливайся.

Она кивнула.

Они быстро пошли по боковой аллее, стараясь держаться тени. Где-то впереди, за кустами и статуями, уже должен был быть выход к старым воротам.

Но далеко уйти не успели.

— Леди Рогнеда.

Голос прозвучал негромко.

Спокойно.