☰
×
Страница 81 из 100

Некоторое время любопытство кипело во мне, пытаясь вырваться наружу, но я всё же сумел его побороть. Хоть он и кузнец, но достаточно умный человек и уж точно не желает мне зла, наоборот, очень переживает за меня. Может и правильно, что не говорит пока что-то важное о моём прошлом, ведь наверняка есть и другие люди с навыком, как у деда Филиппа, и они могут быть не на моей стороне.

— Я хотел до деда Филиппа дойти, он просил, — сказал я отцу. — А то мы скоро уезжаем. Раз так всё сложилось, не хочу подвергать вас опасности.

— Сходи, — кивнул Отец. — Филипп хороший человек, тоже за тебя переживает, как за родного.

Я нехотя поднялся, не хотелось отходить сейчас от отца, рядом я почему-то чувствовал себя в безопасности, словно под крылом, хотя умом понимал, что скорее я смогу теперь его защитить, а не наоборот.

На улице пока никого, тихо, кое-где со дворов раздавались голоса. Калитка у деда как обычно приоткрыта. Я постучал в дверь, чуть толкнул, убедился, что открыто и вошёл. Дед как раз разливал чай по кружкам, их было две, комнату наполнил запах душицы и смородинового листа, защемив где-то за грудиной воспоминаниями. На столе лежали столь привычные сушки. Иногда такая стабильность даёт почувствовать себя живым в мире, который норовит уйти из-под ног.

— Проходи, садись, Миш, — сказал дед, приветливо улыбаясь и медленно опускаясь на стул, опираясь на клюку. Мой стул был возле окна, как всегда. — Чаю попей, всё, как ты любишь.

Я неторопливо и не по-аристократически шумно отхлебнул горячего чая, чтобы не обжечься, потом макнул туда сушку. Дед молчал, не торопил, ждал, когда я сам начну, когда созрею.

— Дед Филипп, ты случайно не знаешь, чей я сын? — я решил сразу рискнуть, а не выводить к теме постепенно.

— У тебя есть по этому поводу сомнения? — невозмутимо спросил он и выжидательно уставился на меня.

— До недавнего времени не было, но потом появились, — сказал я, отпив ещё немного чая, его аромат успокаивал. — Вот откуда, например, у меня одиннадцатый предел? Если даже у детей князя Пожарского не выше восьмого в итоге.

— Так он на грани? — дед удивлённо поднял брови. — Вот откуда у тебя этот вопрос. Теперь понятно, зачем ты понадобился.

— Это плохо? — спросил я, напрягаясь.

— А кто так сказал? — усмехнулся дед, продолжая загадывать ребусы, отвечая вопросом на вопрос. — В этом мире нет ничего однозначно хорошего и плохого. Всё зависит лишь от точки зрения.

— Как это нет? — удивился я. — Ушкуйники грабят и убивают людей в лесу, разве в этом есть что-то хорошее?

— Это очень плохо, но они же не от хорошей жизни туда пошли, — грустно улыбнулся старик. — Нет, ты не подумай, я их нисколько не оправдываю, особенно убийства. Но ведь может быть, что в сложившейся жизненной ситуации это оказался самый простой или единственный выход. Зато их дети сыты. Они считают, что отец герой, добытчик, учатся у него. А другой человек дал нищему не медяк, а серебряную монету. Это ведь хорошо? Нищего за неё прирезали за углом. Сделал ли добро человек, давший её? Во всём надо ориентироваться на честь, добро и заповеди. Но порой и они бывают с кулаками. Что я точно могу тебе сказать, что священные писания никого и никогда не учили плохому, но нередко, прикрываясь ими, люди творят абсолютное зло.

— А тебе не кажется, что ты слишком далеко ушёл от темы? — спросил я, хотя общий смысл мне был понятен, но хотелось конкретики.

— Нет, думаю, что я ответил тебе достаточно ёмко, — ухмыльнулся дед. — Лично я ничего плохого не вижу. Ходил в лаптях, теперь в хромовых сапогах, в хорошей одежде, это ведь хорошо? Большинство тебе завидуют. Но есть у этого хорошего и побочные эффекты, и ты их уже ощутил сполна, но это ещё далеко не всё.

— Догадываюсь, — кивнул я. — Всё только начинается, и мёд, и дёготь. Если бы ещё знать, откуда я такой взялся.

— А ты уже забыл? — усмехнулся дед.

— Ну я не про это, не про прошлую жизнь, про эту, — уточнил я.

— Не стоит поднимать пока эту тему, — сказал старик и подлил себе ещё кипятка. — Всему своё время.

— Вы словно сговорились, — сказал я со вздохом, доедая сушку.

— Сговора не было, — невозмутимо ответил дед. — Пока не стоит поднимать эту тему.