— Вот же ты, магия прости, память-то потеряла девчонка! — всплеснула она руками. — Сын Ханны — лекарь магических животных! В городе учился! Берёт недорого, думаю, и твоего котяруса посмотрит. Не скупись, вчера к тебе городская карета подъезжала, я своими глазами видела, как госпожа в дорогом платье уезжала, сияя, как медный таз! Значит, дело сладилось, и ты при деньгах.

«Вот оно, — с горечью подумала я. — Без телевизоров и интернета главное развлечение — это подмечать каждую мелочь в жизни соседей». Такая откровенность по-прежнему сковывала меня словно тесный корсет.

— Спасибо за совет, Мэгги, — сказала я, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало раздражения. — А напомни, где они живут?

Та уже собралась пуститься в пространные объяснения, но её опередил Габриэль, выскочивший на крыльцо с таким видом, будто только этого и ждал.

— Мы вчера с братом старой Ханне рыбу продавали! — выпалил он. — Она самых жирных карпов выбрала, всё приговаривала, что сынок любит наваристую уху. Я дорогу знаю! Провожу!

Деньги, что я получила от Эбигейл, были убраны в тайник к магическим накопителям. Сумма была приличной, на это золото можно было прожить год, не работая, скромно, не шикуя.

Поблагодарив Мэгги, я вернулась в дом. Чи-Чи сидел посреди кухни, нервно постукивая кончиком хвоста по половицам.

— Ну чего ты боишься? Я рядом буду, — уговаривала его Пава, уже заметно подросшая и похожая на девочку лет пяти. Её зелёные волосы были заплетены в милые косички, а глаза светились заботой. Она обняла кота за шею и нежно потрепала за ухом. — Ты должен пойти! Сколько можно мучиться? Боль же не уходит.

— Ладно… пойду, — буркнул Чи-Чи, отводя взгляд. Его уши были прижаты, а усы грустно опустились. — Просто… я боюсь, что станет хуже. Или лекарь скажет, что уже ничего не исправить.

— Ничего такого он не скажет! — я подошла и присела перед ним, глядя в его огромные испуганные глаза. — Мы идём к лучшему специалисту. Всё будет хорошо. Обещаю.

К дому Ханны, стоящему почти в центре деревни, мы отправились всем нашим маленьким пёстрым семейством. Нас встретила сама хозяйка — невысокая крепкая старушка с добрыми лучистыми глазами.

— Проходите, милые, проходите! — засуетилась она, распахивая калитку шире. — А я всё гадала, думала, когда же Селестия со своим котярусом к моему Теренсу пожалует. Сынок уже два дня как дома, а вас всё нет и нет! Хотела сама к вам идти намекнуть, а вы вот он, милости просим! Терри! К тебе гости! — зычно крикнула старушка, поворачивая голову в сторону дома.

На крыльцо вышел мужчина лет тридцати, стройный, в простой, но чистой рубахе, с рукавами, закатанными по локти. Теренс вытирал руки о грубое льняное полотенце. У лекаря были тёмные, чуть растрёпанные волосы, умные серьёзные глаза серого цвета и упрямый подбородок.

— Не помню, — отрезал тот, бегло окинув нас оценивающим взглядом и махнув рукой в сторону входа. — Но раз пришли — заходите. Только бесплатно смотреть не буду.

Он развернулся и прошёл внутрь, бросив через плечо:

— Матушка, в который раз тебе говорю — я приехал отдыхать, а не практику открывать. То корову посмотри, то поросёнка. А я — маг. Маг, а не деревенский врачеватель!

— Сынок, не ворчи, — ласково сказала Ханна, подталкивая нас вслед за ним. — Селестия-то именно магическое животное принесла.

Внутри дом пах хлебом и сушёными травами. Теренс стоял посреди комнаты, скрестив руки на груди.

— Ну, показывайте, что у вас там.

Я осторожно поставила на стул плетёную корзину, из которой выглядывал лишь кончик дрожащего кошачьего уха. Извлекая оттуда прижавшего уши и зажмурившегося Чи-Чи, я с замиранием сердца ждала реакции. Воспоминания о том, как нас чуть не выгнали метлой из городской аптеки, были ещё свежи.

Но Теренс удивил. На его лице не дрогнул ни один мускул. Лишь профессиональная холодная собранность.

— Животное ухоженное, — констатировал он, проводя рукой по шёрстке Чи-Чи, и та засветилась под его пальцами едва заметным сиянием. — Возможно, недокормленное.

Он поднял на меня взгляд.

— Подобрали на улице?

Пришлось кивнуть.

— Так и есть.

— С лапой проблемы. Кость срослась неправильно. Три серебряных. Придётся тратить магию. Сломать заново, срастить правильно. Согласны?