— Сейчас Маркус Беркет находится в очень тяжелом состоянии, по сообщению одного из врачей у него три пулевых ранения в грудь. На момент нападения Маркус был в компании Захария Джексона и дочери. Нам удалось узнать некоторые подробности у мистера Джексона.

Аня задыхалась, а картинка меж тем сменилась, и на экране появился Зак. Он был бледен, несмотря на загар, губы тряслись, а глаза лихорадочно блестели.

— Я не понимаю, просто не понимаю, откуда она выскочила, мы… мы только подъехали, вышли и вдруг она…

— Это была женщина?

— Да… Я шел с Дианой на руках, когда она кинулась, Маркус закрыл нас и… она давай палить, а потом мы… мы растерялись, и она куда-то исчезла…

У него что-то еще спрашивали, но Аня уже не слышала, она широко раскрыла рот и давилась воплем. Какая-то сумасшедшая стреляла в ее девочку?! Боже, боже, боже!

— Сейчас власти активно ищут преступницу, а миллионы фанатов молятся, чтобы их кумир пришел в себя.

Аня захлебнулась, сознание отключалось, Оксана подскочила к ней и начала бить по щекам, не давая провалиться в спасательное забытье.

— Мне нужно к нему. — прошептала Аня, когда тьма рассеялась перед взором, и она смогла хоть что-то сказать.

Глава 17

Нет, ни в шахматы, ни в теннис…

То, во что с тобой играю,

Называют по-другому,

Если нужно называть…

Ни разлукой, ни свиданьем,

Ни беседой, ни молчаньем…

И от этого немного

Холодеет кровь твоя.

А.А. Ахматова.

Тишина. Что есть тишина? Разве это не тот момент, когда вокруг тебя никого? Нет. Тишина — это гармония, покой и умиротворение, когда ты в согласии с самим собой. Когда же вокруг ни души и, ни звука, а ты на стену лезешь от тишины, звенящей в каждой клеточке, разрывающей барабанные перепонки и душу — это одиночество. Оно страшное, оно ощутимое, ощутимей всего, что нельзя потрогать руками. Оно липкое, обволакивающее невидимой паутиной и высасывающее из тебя все силы. У него глаза пустые и холодные, как и постель, в которой ты спишь, пусть даже и не один, а вкус у него бессонных ночей, приправленных дымом сигарет, вином или кофе. Когда ты одинок, кажется, что жизнь теряет всякий смысл, ничего не радует. Оглядываешься вокруг и не понимаешь — зачем тебе хорошая квартира, душащая пустотой и безмолвием, зачем престижная работа, которая лишь на мгновение спасает от тошнотворного ощущения, что ты никому не нужен в этом мире, даже этой работе, ибо незаменимых нет?

Зачем все, что ты имеешь, если продолжаешь чувствовать неполноценность жизни? Именно в такие моменты понимаешь, что важно. А люди, имеющее то, что многим лишь снится, беспечно разбазаривают сокровище по ветру, в погоне за суррогатом, призванным быть слабым заменителем бесценного, не понимая и не видя своего счастья. Есть такая теория древнегреческого философа Платона о том, что цельным человек становится, лишь обретая свою вторую половину. Почему половину? Потому что по этой самой теории при начале времён мужчины и женщины были сотворены не такими, каковы они теперь, это было существо единое, но с двумя лицами, глядевшими в разные стороны. Одно туловище, одна шея, но четыре руки и четыре ноги, и признаки обоих полов. Они словно срослись спинами.

Однако ревнивые греческие боги заметили, что, благодаря четырём рукам, это существо работает больше, а два лица, глядящие в разные стороны, позволяют ему всегда быть на стороже, так что врасплох его не застанешь, а на четырёх ногах можно и долго стоять, и далеко уйти. Но самое опасное — будучи двуполыми, ни в ком оно не нуждалось, чтобы производить себе подобных. И Зевс, верховный олимпийский бог, сказал тогда: "Я знаю, как поступить, чтобы эти смертные потеряли свою силу!" И ударом молнии рассёк это существо надвое, создав мужчину и женщину. Таким образом, народонаселение земли сильно увеличилось, но при этом ослабело и растерялось — отныне каждый должен был разыскивать свою потерянную половину и, соединяясь с ней, возвращать себе прежнюю силу и способность избегать измены, и свойство работать долго и шагать без устали.