— Мы знакомы почти год. Впервые встретились на конференции в Варшаве, — как ни в чем не бывало начинает Арина, — Игорь был спикером, я задала необычный вопрос о тенденциях. Мы немного поспорили. Он меня запомнил и после выступления подошел, чтобы доспорить. Помнишь, как мы сцепились? — смеется и заглядывает в глаза, обнимая с другой стороны.
— Как интере-есно, — растягивает Злата. Год назад у нас с ней все было гуд.
— После мы обменялись контактами и иногда переписывались, по рабочим вопросам, — продолжает складно сочинять малышка. — Все изменилось месяц назад, когда я подалась на стажировку в «BE: GO». Общения стало больше и…
— Ты тоже живешь в Америке? Гарик последние три месяца был там, — вспоминает Злата. — Вроде вчера прилетел?
— Именно со вчера отношения перешли в офлайн. Теперь мы никак не можем расстаться, ни на минуту.
Арина умничка, не теряется. Красиво зачесывает. Феерично.
Я действительно выступал в прошлом мае на конференции в Варшаве. Интересно, откуда ей известен этот факт? Так обстоятельно готовилась к стажировке?
Моя как бы герлфренд совсем не простушка. До светских львиц типа Инги и Златы ей далеко, но девочка не глупая и со стрежнем. Пока болтаем вчетвером, сестра и бывшая активно ее прощупывают. Малышка не тушуется и не ведется на провокации, держится с достоинством.
Девушки по обе стороны от меня заметно отличаются друг от друга. Не только внешне и по возрасту, от них исходят разные энергетики. Со стороны Златы я чувствую уверенность и знакомое тепло, по которому скучал. Арина — пока что конфета с сюрпризом. Привлекательная, но совсем чужая, колючая и непонятная. По условиям игры я обнимаю ее, а хочется Злату. Все еще хочется.
Программа праздника составлена идеально. Инге нет равных в организации мероприятий, для себя любимой она постаралась вдвойне. Ужин разбавляет болтовня ведущего и несколько номеров от аниматоров, после народ начинает плясать. Диджей вменяемый, музыка соответствует стилю вечеринки и градусу.
Потанцевав с Ариной медленный танец, провожаю ее к столу, а сам иду к туалетам. Надо умыться холодной водой, пока не разболелась голова. От вина со мной такое случается. Последний бокал был лишним, в висках чувствуются спазмы.
Захожу в один из туалетов, они тут общие, без табличек. Включаю воду, обливаю шею, лоб, глаза… Становится легче, но хочется еще. Наклоняюсь и повторяю. Рубашка намокает, но черт с ней.
В дверь кто-то шкрябает, потом тихонько стучит. Неужели нельзя подождать? Раздражают нетерпеливые люди. Отрываю бумажное полотенце, щелкаю замком.
— Злата?
Она вдавливает меня обратно в небольшое помещение туалета и закрывает дверь. Удивиться не успеваю, как прижимается всем телом. Руками обвивает шею, льнет.
— Соскучился? — шепчет жарко, с придыханием, — Я — очень.
Извивается, притирается. Царапает затылок, тянется губами. Я поддаюсь ее напору. Обнимаю и целую мокрыми губами. Грубо, глубоко, до самой глотки. Весь вечер хотел это сделать.
Она стонать начинает. Красиво так, протяжно. Крышу срывает от этих звуков. Возбуждение дикое и мощное, как цунами. Накрывает.
Платье на ней сминаю, оно задирается. В зеркале вижу ноги стройные, попку подкаченную. В дрожь бросает, как нравится картинка.
Злата делает шаг назад, прижимается спиной к стене. Дышит рвано, губы облизывает. Тянется рукой к пряжке ремня, умело расстегивает.
— Эй, Золотко, тормози, — беру ее за подбородок и встряхиваю. — Ты пьяная. Потом жалеть будешь.
— Не буду, — улыбается.
Глаза у нее шальные, хмельные. Как небо голубые. Тону в них, захлебываюсь. Невозможно спокойно смотреть на нее такую красивую, такую желанную. Родную, но теперь чужую. Челюсти сжимаю и отворачиваюсь.
Она за плечи обнимает, тянет на себя и просит:
— Трахни меня.
Глава 5. Мне его жалко
Некоторое время я сижу одна, чувствуя себя не в своей тарелке. Растеряно оглядываюсь по сторонам. Белецкий куда-то пропал. Краем глаза замечаю встревоженную именинницу. Она бежит в сторону туалетов. Потом натыкаюсь взглядом на ее секретаря Лизу. Та машет, зовет меня к стойке бара. Рядом с ней другие ребята из офиса, все уже в курсе, что с послезавтра я буду работать с ними.