На странице у его сестры сплошное самолюбование. Избитые фотки с букетами и губками-уточками, имиджевые видосы и бэкстэйджи с фотосессий. Инга красивая и ухоженная девушка, выглядит моложе своих лет. Внешне они с Гариком не похожи. Разве что глаза одного цвета — темно-серые, красивые.

— Думаю, что Картье подойдет идеально, — выдаю уверенно, заканчивая разглядывать отфотошопленный аккаунт.

— Часы?

— Браслет. От брата будет хорошо. И огромный букет пионов, — заключаю и кладу его телефон обратно.

Браслет Белецкий выбирает быстро. Просто покупает самый дорогой.

— С цветами сложней, я в них совсем не разбираюсь, — признается, останавливаясь у флористического бутика.

Внутри магазина приятно пахнет свежесрезаннами розами, но нам нужны пионы. Много пионов. Целое ведро. Именно так я говорю флористке перед тем, как она вприпрыжку убегает в подсобку. Сейчас мы нехило поднимем ей кассу.

Пока ждем, пересматриваемся.

— Почему ты думаешь, что ей понравятся пионы? — спрашивает Гарик.

— Всем пафосным девушкам они нравятся, — отвечаю, дернув плечом.

— Быть пафосной зашкварно[2], да?

— Кому как. Пафосные девушки привлекают, разве нет?

— Наверное, — хмыкает. — А тебе самой какие цветы нравятся?

— Разные люблю, но больше остальных белые тюльпаны, — нехотя признаюсь и быстро перевожу тему, заметив в витрине огромный розовый тубус. — Попросим упаковать букет в это?

Почти подпрыгиваю, как мне нравится идея засунуть пионы в коробку.

Белецкий задумывается и тянет:

— Эмм..

— Будет круто. Эффектно. Феерично! — уговариваю и протискиваюсь между букетами, чтобы достать гламурную хрень, с ценником половины ведра пионов.

— А ты, смотрю, мастер феерии. Любишь впечатлять?

Он подходит ближе.

Я наклоняюсь и беру коробку. Она легкая, но слишком объемная. Развернуться с ней в витрине сложно. Поднимаю руки максимально вверх, чтобы не уронить расставленные повсюду цветы. Один из букетов все-таки задеваю. Белецкий успевает зафиксировать пошатнувшеюся вазу, но тут я задеваю следующую, а потом еще одну. С этой коробкой я как слон в посудной лавке. Еще одно неосторожное движение — весь ряд готовых букетов завалится. У меня в глазах ужас, у Гарика веселье.

— Прыгай! — командует он, протягивая ко мне руки.

Белецкий высокий. Если приподнимет нас с коробкой, цветы не пострадают.

Я подпрыгиваю, он подхватывает за подмышки и резко тянет на себя.

— Ай-ай-ай, — смеюсь, потому что щекотно.

Босс проносит нас с коробкой сквозь букеты и медленно опускает. Наши с ним тела притираются. Его руки на моей талии, они обнимают. Мне неловко от такого тесного контакта. Смущенно опускаю взгляд и одновременно с этим бью тубусом его по голове. Он пригибается, мы стукаемся лбами, потом носами. Коробка с грохотом падает на пол. Перед глазами все плывет.

В этот момент двери бутика открываются.

— Гарик? — слышу за спиной приятный женский голос и одновременно с этим чувствую на своих губах поцелуй.

Легкий, почти мимолетный. Как будто случайный и очень короткий. Но это точно поцелуй и он меня обездвиживает.

Удивленно приоткрыв рот, цепенею и ошарашено таращусь на будущего шефа. Не дышу, не моргаю. Он коротко смотрит прямо в глаза и повторно накрывает мои губы своими.

Во второй раз целует дольше, но без излишеств. Просто сминает мои губы своими и приятно массирует их. Какого-то черта я позволяю. Мне нравится, как он меня целует.

— Добрый вечер! Чем могу вам помочь?

Это флористка. Она вышла из подсобки и обращается к посетительнице.

— Мне бы хотелось букет для подруги на тридцатилетие. Пионы или ранунклюсы, в крайнем случае розы пастельных тонов…

Я слышу голоса отдаленно, сквозь приятную вату, которая обволакивает тело и заполняет опустевшую голову. Мозг на время поцелуя с боссом где-то теряется.

— Подыграешь мне, Арина? Пожалуйста, — выдыхает Белецкий тепло и щекотно, продолжая целовать, — Притворись моей, пожалуйста.

Отстраняюсь, во взгляде полное непонимание. Он не отпускает, обнимает тесней. Прижавшись губами к виску, поясняет шепотом:

— Давай сыграем влюбленную парочку. Прямо сейчас. Очень надо.

***

[1] Продукция компании Apple

[2] Зашкварно — позорно.

Глава 4. Не понимаю своих чувств и желаний

Гарик

— Рад тебя видеть, Злата! — выдаю самую лучезарную улыбку, на которую в принципе способен. — Знакомься, это Арина.