— Что там у вас, гражданка Пантелеймонова?

— Вот. — Внутренне обмирая, я положила заявление на стол.

Алёна Викторовна прочитала. Посмотрела на меня поверх очков. Снова прочитала.

— Ерунда какая-то, — пробормотала она себе под нос и нахмурилась. Поправила очки и в недоумении уставилась на меня. — Я не понимаю, чего вы хотите, гражданка Пантелеймонова.

Я сглотнула и постаралась держать голос как можно ровнее.

— Там всё написано. Прошу аннулировать выданную мне лицензию на право заниматься магической деятельностью. А также прекратить начисление налоговых обязательств, связанных с этой деятельностью. За отсутствием деятельности.

— Снять вас с учёта мы не можем! — заявила Алёна Викторовна и отодвинула заявление в сторону. — Все лица с магическими способностями должны быть зарегистрированы!

— Так я же не прошу снять меня с учёта. Я признаю, что способности у меня есть, но я их не использую, а потому лицензия мне не нужна.

Алёна Викторовна сняла очки и потёрла переносицу.

— Но так не бывает! Если способности есть, их невозможно не использовать.

— Да я почти тридцать лет жизни прекрасно без них обходилась! — не выдержала я. — Если бы не ваш отравленный кофе, я бы и дальше без них жила!

— Минуточку! Что значит «отравленный»? Выданный вам напиток содержал препарат ВЗМ-2, предназначенный для выявления магических способностей. Безопасность препарата для здоровья человека подтверждена лабораторными исследованиями, побочных эффектов он не вызывает. За безосновательные обвинения вы можете быть привлечены к ответственности!

— Хорошо, хорошо! Препарат безопасен, я не пострадала, но мне не нужны эти дурацкие способности. Я вас не просила их раскрывать! И я уж точно не собираюсь их использовать, потому что от них сплошные неприятности…

— Алёна Викторовна, — вмешался Митрофан, — я вынужден признать, что гражданка Пантелеймонова действительно создаёт проблемы своими способностями. Были некоторые инциденты…

— Но ты же написал в отчёте, что поведение поднадзорного лица можно признать удовлетворительным и в дальнейшем наблюдении оно не нуждается! А теперь говоришь, что были инциденты — а где отчёт об инцидентах?

— Инциденты произошли во время праздничной ярмарки, когда гражданка Каменюк Матильда Евлампиевна приобрела сделанный гражданкой Пантелеймоновой артефакт, который произвёл отличный от ожидаемого эффект. Болотная Анфиса Кузьминична также приобрела сделанный гражданкой Пантелеймоновой артефакт, который тоже произвёл отличный от ожидаемого эффект. Инциденты произошли в месте массового скопления граждан, поэтому пришлось применить магические средства для предотвращения нежелательных последствий.

— А где в таком случае протоколы инцидентов? — Алёна Викторовна недовольно смотрела на Митрофана, уже явно забыв про моё заявление. — Почему не зафиксированы столь серьёзные нарушения общественного порядка?

— Пострадавшие гражданки отказались подавать жалобу в инспекцию и согласились урегулировать конфликт самостоятельно. Гражданка Пантелеймонова возместила им стоимость артефактов, а также причинённый моральный вред.

Алёна Викторовна перевела взгляд на меня.

— Гражданка Пантелеймонова, вы не перестаёте меня удивлять. — В её тоне мне впервые почудилась неуверенность. — Так чего вы хотите?

— Прошу аннулировать выданную мне лицензию на право заниматься магической деятельностью. А также прекратить начисление налоговых обязательств, связанных с этой деятельностью. За отсутствием деятельности, — повторила я.

Она снова уткнулась в заявление и забормотала себе под нос:

— Настоящим заявляю об отказе от осуществления магической деятельности в связи с отсутствием навыков осуществления магической деятельности… Гм, ну допустим… В связи с чем прошу исключить меня из реестра лиц, осуществляющих магическую деятельность, и аннулировать выданную лицензию номер триста сорок два…

Алёна Викторовна отложила заявление и помассировала виски, будто у неё голова заболела. Сняла очки, закрыла глаза и потёрла переносицу.

— Но это же… это же нонсенс какой-то… нет такой формы… нет оснований для отказа…

Она застонала и схватилась за голову.