И в этот момент — в тот самый момент, когда она уже начала прощаться с надеждой успеть — дверь пекарни открылась.

Денис вошёл с таким видом, будто только что победил в марафоне. Растрёпанный, с рюкзаком на одном плече и с огромной папкой в руках, он был полной противоположностью идеального студента, каким его хотела видеть мама, но идеальным другом, какой нужен был Еве.

— Я успел? — выпалил он, не глядя по сторонам.

— Успел! — Ева просияла. Не той вежливой улыбкой, которую она дарила клиентам, а настоящей — широкой, искренней, от которой в уголках её голубых глаз собирались лёгкие морщинки, которых она сама не замечала, но которые делали её лицо живым и тёплым.

Она повернулась к клиенту. Сняла фартук — аккуратно, чтобы не сбить ленту, которой был завязан её хвост.

— А сейчас, — сказала она, и в её голосе прозвучало то самое, от чего клиент на мгновение отвлёкся от своих вопросов, — вам поможет Денис! — Она кивнула в сторону друга, который уже протискивался за прилавок. — Денис ответит на все ваши вопросы. Он знает о наших пирожных всё. Даже больше, чем я. Правда, Денис?

Денис, который не знал о пирожных ровно ничего, потому что никогда этим не интересовался и до сих пор путал эклер с профитролем, тем не менее, расплылся в уверенной улыбке.

— Абсолютно всё, — подтвердил он, становясь рядом с Евой. — Задавайте любые вопросы.

Клиент перевёл взгляд с Евы на Дениса. С Дениса на Еву. Его губы сжались в тонкую линию, но возразить он не успел. Ева уже выскользнула из-за прилавка.

— Спасибо, Денис! Ты лучший! — крикнула она, хватая свою сумку, которая висела на крючке у входа. — Нине Васильевне скажи, что я завтра приду пораньше!

— Беги! — махнул он рукой. — Удачи на экзамене!

Ева вылетела на улицу, и дверь за ней захлопнулась, отправив в небо маленькое облачко муки, которое осело на её платье лёгкой, едва заметной пыльцой.

Тёплый воздух ударил в лицо. Солнце слепило глаза. Город гудел, жил, спешил — и Ева мгновенно влилась в этот поток.

Она бежала.

Белое лёгкое платье развевалось на ветру, кеды мягко отбивали ритм по тротуару, а собранные в свободный хвост русые волосы, перевязанные белой ленточкой, подпрыгивали при каждом шаге.

— Только бы успеть… — выдохнула она, легко лавируя между прохожими.

Мимо проносились витрины, остановки, спешащие люди. Кто-то недовольно обернулся, когда она случайно задела плечом, кто-то улыбнулся — в ней было слишком много жизни, чтобы на неё злиться.

Ева ускорилась.

Сердце билось быстро — не только от бега.

От всего сразу.

От усталости после утренней смены.

От тревоги за дедушку и конный клуб.

От мысли, что сегодня решается многое.

— Давай, давай… — прошептала она себе.

Поворот. Ещё один.

Знакомое здание университета уже виднелось впереди.

Она почти успела.

Ещё чуть-чуть.

Ева сбавила шаг, переводя дыхание, и машинально поправила выбившуюся прядь. На секунду остановилась у входа, глубоко вдохнула — запах города, сирени, свободы.

И шагнула внутрь.

Она не знала, что именно сегодня её жизнь начнёт меняться.

Пока что у неё была только одна цель:

не опоздать.

Глава 2

Двери университета захлопнулись за её спиной с глухим звуком, будто отрезая от города с его теплом и свободой. Здесь пахло пылью, старой краской и… нервами.

Ева не остановилась ни на секунду.

Она взлетела по лестнице, перескакивая через ступени, едва не сбив кого-то на повороте, и помчалась по коридору. Сердце стучало в висках, дыхание сбивалось, а в голове крутилось только одно:

Успею. Я обязана успеть.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — шептала она, сворачивая за угол.

И замерла.

Дверь аудитории была закрыта. А перед ней, спиной к Еве, стоял профессор Андрей Сергеевич — тот самый, у которого она должна была сдавать последний экзамен в этом году. Его сутулая фигура в сером пиджаке была ей так же знакома, как этот коридор. Он возился с ключами, неторопливо, с достоинством человека, который никуда не опаздывает, потому что мир должен подстраиваться под него.

— Нет-нет, я здесь! — крикнула Ева, бросаясь вперёд. — Подождите, пожалуйста! Я здесь! Я пришла!