☰
×
Страница 53 из 81

Наследный принц Чжао Юйчэнь сидел рядом с Императором. Его лицо было обрюзгшим от недавних возлияний, но глаза лихорадочно блестели. Он то и дело бросал в нашу сторону полные ненависти взгляды. Он знал, что его убийцы из клана "Кровавого Лотоса" не вернулись. Он был уверен, что за этим стоит Чэнсян Го или тайные сторонники генерала Ли, но он даже в страшном сне не мог представить, что его элиту уничтожил болезненный принц-изгой, который сейчас кашлял в платок.

По левую руку от Императора восседала Благородная Супруга Лин. Женщина поразительной красоты, чьи губы были выкрашены в цвет свежей крови, а глаза излучали холодную уверенность змеи, приготовившейся к броску.

Ближе к середине праздника, когда Император уже изрядно захмелел, Супруга Лин изящно поднялась со своего места.

Музыка мгновенно стихла, зал замер.

— Мой Лучезарный Повелитель, — голос Супруги Лин разнесся под сводами зала, подобно перезвону серебряных колокольчиков. Она грациозно опустилась на колени перед Троном Дракона. — Эта ничтожная раба не смела бы нарушать радость сегодняшнего вечера, если бы над Троном не нависла смертельная угроза. Угроза, исходящая от тех, кому вы оказали величайшую милость.

Император нахмурился, тяжело опираясь на подлокотники трона, вырезанные в форме драконьих голов.

— О чем ты говоришь, моя Супруга? Кто посмел угрожать Сыну Неба?

Супруга Лин подняла голову, и её взгляд, полный торжествующего яда, метнулся к нашему столику.

— Вчера вечером доблестная стража Внешнего Двора, возглавляемая преданным генералом Ван Лунем, обнаружила тайник в стенах Ведомства Обрядов. Тайник, скрывающий доказательства того, что кража вашей священной Печати была спланирована не только изменником Ли Цзянем. У него были сообщники в самом сердце дворца!

Зал взорвался испуганными шепотами. Мой отец побледнел так, что казалось, он сейчас упадет в обморок.

— Имена! — рявкнул Император, его лицо побагровело от гнева. — Назови имена предателей!

Супруга Лин грациозно поднялась, указывая тонким пальцем, унизанным золотыми когтями, прямо на меня.

— Великий Чэнсян Го и его дочь, Го Шуан! А также тот, кто попытался скрыть их вину, взяв изменницу в жены — ваш собственный сын, Седьмой принц Чжао Хэнъюй! Они сфабриковали улики против клана Ли, чтобы отвести подозрения от себя, но истинные свитки с их перепиской были найдены генералом Ван Лунем!

Наследный принц Юйчэнь вскочил со своего места, обнажая меч прямо в присутствии Императора — неслыханная дерзость, прощенная лишь из-за его статуса.

— Стража! — взревел Юйчэнь. — Схватить Чэнсяна! Схватить принца-изгоя и эту шлюху! Бросить их в подземелья Министерства Наказаний! Они ответят за убийство моих людей и измену Трону!

Из-за колонн, словно по волшебству, вышли десятки вооруженных воинов в доспехах стражи Внешнего Двора. Ловушка Благородной Супруги Лин захлопнулась. Генерал Ван Лунь, как мы и предвидели, уничтожил наше послание, оставив лишь те фальшивки, которые обвиняли нас.

Мой отец рухнул на колени, разбивая лоб в кровь о мраморные плиты.

— Ваше Величество! Клянусь предками, это ложь! Моя семья предана вам! Это клевета!

Император, ослепленный паранойей и ядовитыми речами любимой наложницы, даже не посмотрел на него.

— Взять их, — холодно приказал Сын Неба.

Вооруженные воины двинулись к нашему столику. Гости в ужасе шарахались в стороны, опрокидывая чаши с вином и блюда с фруктами. Звон бьющегося фарфора смешался с лязгом стали.

Я сидела абсолютно неподвижно. Мои руки были сложены на коленях, спина оставалась прямой. Я не смотрела на стражников. Я смотрела только на Чжао Хэнъюя.

Мой принц больше не кашлял.

Он медленно опустил свой белоснежный платок на залитый пролитым вином стол. Его плечи расправились, сбрасывая невидимый горб слабости. Изящное, казавшееся хрупким тело внезапно наполнилось такой чудовищной, темной мощью, что воздух вокруг нас стал плотным, искажая свет фонарей.

Глава 25

Глава 25

POV Го Шуан

Двое стражников подошли вплотную. Один из них, с грубым шрамом через всё лицо, протянул руку в латной перчатке, чтобы схватить меня за плечо.

— Поднимайся, изменница... — начал он.

Эти слова стали его последними.