Слуга откинул слой красного бархата внутри сундука.
И в этот момент в Зале Приветствий повисла тишина.
Я прищурилась, силясь разглядеть сквозь ширму, что именно вызвало такое оцепенение.
На дне сундука не было никаких драгоценностей. Там лежал предмет, завернутый в кусок грубой ткани, который слегка развернулся. Из-под ткани выглядывал край вышивки. Золотые нити складывались в узор пятипалого дракона, играющего с жемчужиной. Ткань была императорского цвета — желтого.
Но это было не всё. Рядом с желтым шелком лежал черный, как смоль, резной предмет.
Мой отец побледнел так резко, словно из него в одно мгновение выкачали всю кровь. Он сделал шаг назад, его рот открылся, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип.
— Это... это... — пробормотал дядя генерала Ли, его красное лицо мгновенно покрылось испариной, он с ужасом уставился на сундук. — Этого не было в списке! Клянусь предками, там должно было быть зеркало из горного хрусталя!
Внезапно со двора донесся грохот кованых сапог, звон доспехов и испуганные крики слуг.
Двери главного зала с треском распахнулись. На пороге стоял командир Императорской Стражи Внутреннего Двора в полном боевом облачении, за его спиной двор Чэнсяна уже был заполнен десятками вооруженных воинов, в их руках блестели обнаженные мечи.
— Никому не двигаться! — закричал командир, переступая порог. Его взгляд цепко обвел присутствующих и немедленно остановился на восьмом открытом сундуке.
Командир стремительным шагом подошел к дарам, оттолкнув остолбеневшего посланника клана Ли, и резким движением откинул грубую ткань.
Зал коллективно ахнул, кто-то из служанок упал в обморок.
На дне сундука лежало одеяние, расшитое драконами — облачение, которое имел право носить лишь Сын Неба, а рядом с ним лежала Печать Повелителя Севера — артефакт, похищенный из Императорской Сокровищницы три дня назад. Артефакт, дающий право командовать гарнизонами столицы в случае мятежа.
Это была не просто кража. Это было неоспоримое, абсолютное доказательство подготовки к государственному перевороту.
— Императорская желтая мантия в сундуке с брачными дарами генерала Ли? И украденная Печать? — произнес командир стражи глядя на сундук, а затем повернулся к побледневшему послу клана Ли. — Вы арестованы за измену родине и подготовку мятежа против Сына Неба!
— Нет! Это ошибка! Нас подставили! — закричал посланник, падая на колени, но двое стражников уже схватили его, заломив руки за спину. Дикие гуси, испуганные шумом, громко загоготали.
Мой отец стоял, покачиваясь, его блестящий ум, способный распутать любую политическую интригу, сейчас отказывался работать. Он осознал, что попал в беду.
— Великий Чэнсян Го, — командир стражи медленно повернулся к моему отцу, и в его глазах не было ни капли прежнего почтения. — Мы получили анонимный донос о том, что клан Ли планирует передать украденную Печать своим сообщникам в столице под видом брачных даров. Я вижу, что донос оказался правдой.
— Командир... клянусь Небесами, я ничего не знал! — голос отца дрожал, он поднял руки в защитном жесте. — Моя семья преданна Императору! Этот брак... это была лишь политическая договоренность...
— Договоренность с мятежниками карается истреблением рода до девятого колена, Чэнсян, — жестко отрезал воин. — Тот, кто породнился с предателем, сам становится предателем. Взять под стражу всех присутствующих! Опечатать поместье!
Слуги закричали. Стражники двинулись к моему отцу.
Я вцепилась онемевшими пальцами в край жемчужной ширмы. Мой мир рушился, сгорал дотла в пламени чудовищной, идеально спланированной интриги. Хэнъюй не стал убивать генерала мечом, он ударил так, что генерал будет казнен самим Императором, а его род навсегда проклят. И вместе с ним в пропасть летел мой клан. Мы стали соучастниками, никто не поверит в невиновность Чэнсяна, в доме которого нашли императорскую мантию.
«Он обещал не причинять мне вреда, — билась в истерике мысль. — Он лгал! Он уничтожит нас всех!»
Глава 14
Глава 14
POV Го Шуан
— Остановитесь.
Голос был негромким. В нем не было командного рыка стражника или панического крика осужденного, он был спокоен, мелодичен и холоден, как вода в глубоком горном колодце.
Но этого звука хватило, чтобы закованные в броню воины замерли на месте.