— Бастард жульничал, — твёрдо сказал юноша. — Не может деревенщина так хорошо кидать шары. Скорее всего у него заготовлено какое-то приспособление.

— Что за буйные фантазии? — не выдержал я. — Давай сыграем ещё раз и перед началом игры ты проверишь, что у меня нет ничего лишнего. Могу снять камзол и жилет, останусь в рубахе.

— Мы в своей семье сами разберёмся, ты понял⁈ — рыкнул Куракин уже на меня.

— Да ради Бога, пожалуйста, — развёл я руками. — Я и не собирался, просто случайно вляпался.

У Куракина начал проявляться нездоровый румянец, в зале росло напряжение, того и гляди между золотыми кубками начнут проскакивать разряды молний.

— Ну что вы, право, — елейным умиротворяющим голоском произнесла Екатерина Васильевна. — Ну может и правда нашим ребятам сегодня повезло? Савелий и Мирон считаются чемпионами по игре в шары. Пусть они сыграют ещё раз, и тогда всё встанет на свои места.

— И сыграют, — напряжённо ответил Иван Ярославович, почему-то чрезмерно переживая за поражение своих детей, словно на их победу сделал большую ставку. — Только завтра. Сегодня они потренируются с вашими шарами, верно, Савелий?

— Да, отец, — с удовольствием подхватил тему парень. — У них шары другие, надо привыкнуть. Надо было свои взять.

— В следующий раз со своими приедем, — немного успокоившись мыслью о неправильных шарах, ответил князь Куракин.

Наблюдая за всей этой сценой, я пытался поверить в реальность происходящего. Чтобы князь, пользующийся большим расположением государя, имеющий больше земель, чем его соседи и более богатый, так распереживался из-за проигрыша детей в шары? Как по мне это лютый бред. Может здесь кроется нечто другое, о чём я не подозреваю?

— Наш повар сегодня заморскую рыбу приготовил, — решила сменить тему разговора Екатерина Васильевна. — Привезли недавно по особому заказу, сибас называется, вы не хотите попробовать сибаса?

— Нет, сибаса мы не хотим, — ответил за всех Иван Ярославович. — А вот камбалу у вас готовят довольно-таки неплохо, не откажусь.

— А почему ты за меня решил? — несколько напряжённо поинтересовалась Маргарита Петровна. — Я, например, очень хочу попробовать сибаса.

«Надеюсь, отсюда?» — подумал я. Было бы неплохо. Судя по выражениям лиц детей Куракиных, у них в этот момент происходит серьёзная внутренняя борьба. Неравный бой ведут две навязчивых мысли — или по-быстрому прикончить нас с Костей, или попробовать сибаса. Оба варианта одинаково притягательны, только рыба здесь по итогу не причём.

А я вот решил попробовать эту заморскую рыбу и остался вполне доволен, правда я в прошлой жизни готовил его вкуснее. Только я больше никого ничему учить не буду, хватит с меня уже кофе и душа, что послужило наверняка поводом к проверке моего прошлого, порученного Каменским своим помощникам.

Вот только странно, я же видел, как они приехали на следующий день после разговора с бароном, не по телефону же они ему позвонили? Значит у них есть какой-то способ связи, ещё одна загадка магического мира. Может телепатия какая? Хотя, если бы Остап Афанасьевич был таким крутым телепатом, его князь Пожарский держал бы постоянно при себе. А может это как раз Каменский телепат? Тоже вряд ли, тогда бы он не устраивал эти проверки и давно знал бы, что я пришелец из другого мира в теле сына кузнеца.

За столом продолжалась напряжённо-непринуждённая беседа, иначе и не назовёшь. Я же спокойно, но подобающе княжичу грациозно дегустировал разные блюда, которых раньше на столе не видел. Что же там готовят у господ Куракиных, если Иван Ярославович неоднократно упомянул, что у него гораздо лучше? По-моему, за эту неделю я перепробовал больше блюд, чем за прошлую жизнь. А сибас неплох, но можно и лучше.

Савелий и Мирон периодически бросали на нас раздражённые взгляды. Такое впечатление, что мы их макнули публично в выгребную яму и это является поводом для мести на всю оставшуюся жизнь.

Наконец-то ужин в «приятном» обществе милых соседей подошёл к концу. На моё удивление из уст князя Куракина не прозвучало ни одного каверзного вопроса в мою сторону. Может это всё из-за той самой игры? Не буду себе ломать этим голову, мне же проще.