— Да ты жульничаешь! — выкрикнул мне Мирон, потом резко развернулся к брату, который, казалось, уже готов порвать меня на куски голыми руками. — Он жульничает, Савелий, деревенщина не может так бросать шары!

— Потому что здесь ты деревенщина, а не я, — ответил я всё так же спокойно.

— Да как ты смеешь, бастард? — крикнул Савелий, уже закипая.

— Просто играть надо лучше, — усмехнулся я, сохраняя спокойствие и невозмутимость, уроки с Каменским явно пошли на пользу. — Докажи, что ты не деревенщина, брось лучше меня.

— И брошу! — выкрикнул младший Куракин, брызгая слюной. — Дай я первый!

Он опередил старшего брата, который уже собирался занять исходную позицию для броска, кинул шар, и тот укатился дальше кошонета больше, чем на метр.

— Успокойся, ты только всё портишь! — высказал Савелий Мирону. — Целься по-нормальному, не спеши.

— Я целюсь! — буркнул младший и повторил свой неудачный бросок с точностью до наоборот, теперь шар застыл на метр ближе кошонета.

— Чёртов деревенщина, выбил меня из колеи! — прорычал в мою сторону Мирон, отходя в сторону.

Теперь на исходную встал Савелий. В отличие от младшего брата он продемонстрировал абсолютное спокойствие и аккуратно бросил шар, который остановился сантиметрах в пяти. Второй ушёл чуть в сторону, но тоже неплохо. На мой взгляд результат отличный, но хуже моего. Прасковье подвиг старшего брата повторить не удалось, и мы чувствительно сократили разрыв в счёте.

Мирон так и продолжал бухтеть, сыпать оскорблениями, а Савелий лишь сосредоточился и действовал осторожно, не спеша. Я в некоторой степени хоть немножко зауважал его. Не как человека, а как достойного противника, с кем не скучно будет посоревноваться.

Но, как бы не старались братья Куракины и их относительно неплохо игравшая сестра, всё равно мы вышли вперёд в счёте и в итоге победили. Младшенький выдал истерику и Савелию пришлось буквально силой уводить его с площадки. Одна только Прасковья всё это время молчала, прожигая меня периодически взглядом, но против нашей победы с её стороны возражений не было, как и от Савелия, но и общаться они с нами дальше не захотели, резко утратив интерес.

Вот и чудненько, сидите-ка лучше в своих комнатах и не высовывайтесь, мне здесь и без вас хлопот хватает. Я и так из-за этого визита пропустил сегодня тренировку по фехтованию. Очень надеюсь, что в следующий раз Иван Захарович не устроит мне двойную разминку, после которой я и тренировочный меч в руках держать не смогу.

Куракины убежали в замок первыми, мы неторопливо шли следом, маршем победителей. В какой-то момент со мной поравнялся Александр.

— Это было красиво, — сказал он с усмешкой. — Впервые вижу, чтобы этим спесивым псам так нос утёрли. Теперь небось закроются в своих покоях и будут там сидеть нам кости перемывать. Скорее всего и на ужин не придут.

— Нам же лучше, — ответил я с довольной улыбкой. — Хоть и маленькая, но победа над недоумками.

— У тебя, кажется, сорвалась тренировка по фехтованию? — спросил Александр.

— Да, к сожалению, — ответил я уже со вздохом, вернувшись к своим мрачным предположениям о возможных последствиях.

— Иван Захарович так долго ждать не будет, это уже не опоздание, а пропуск. Давай тогда я с тобой позанимаюсь, ты не против?

— Я, против? — переспросил я, улыбаясь. — Да нет, конечно!

— Тогда иди переодевайся и приходи на манеж в башню, — сказал Александр, дружески похлопав меня по плечу. — Я скоро буду и у меня ключи есть.

— Договорились, — кивнул я и повернул в свой коридор.

Сегодня теоретически можно было бы одеться во что угодно, занятие будет вести не Иван Захарович, но я надел зелёный тренировочный костюм уже по привычке, да и чтобы потом не путаться, так проще. На манеже я был минут через десять, Александр был уже на месте, вытаскивал тренировочный меч из стойки и направился за доспехами.

По-моему, он мне льстит, не уверен, что я смогу до него дотянуться. Хоть он и не тренер, но у него всё-таки стаж, а я совсем новичок, под стать цвету костюма. Александр, кстати, тоже пришёл в зелёном костюме.

— О, ты уже здесь? — спросил княжич, надевая плетёный шлем. — Давай начнём с того, что ты покажешь мне, на что способен. Атакуй.

— А разминка? — спросил я, уже приготовившись бегать.