— Деньга идёт к деньге. Эдак мы скоро будем ходить в семейных трусах от «PRADA», — весело выдал я, пригладив волосы, которые растрепал лёгкий порыв ветра. — Итак, Павел, раз у нас появились средства, вот тебе ответственное задание: нужно продать часть наших трофеев и купить кое-какие ингредиенты. Съезди…

— Дедушка, никуда не надо ехать. Я всё сделаю через интернет. Сейчас приедут курьеры и купят у нас всё что нужно, заодно привезут с собой наш заказ. И никуда ходить не надо.

— Совсем обленились, — буркнул я себе под нос и начал диктовать внуку, что следует приобрести.

Павел быстренько сделал заказ через приложение, а также указал, что мы хотим продать. В числе ингредиентов на продажу был и хвост Гнилой крысы — в нём содержались кое-какие токсины, используемые как для ядов, так и для лечения.

— А теперь скажи мне, внучок, где здесь рядом есть приличная цирюльня? — спросил я, решив повременить со сном. — Мне же завтра физиономией светить перед большой аудиторией, так что выглядеть я должен на все сто. И совсем не лет, а процентов.

— В нескольких кварталах отсюда есть хороший барбершоп. Правда, туда в основном ходят студенты, но думаю, и тебя приведут в порядок. Я с тобой схожу, а то мало ли что…

— Мало ли что? Думаешь, меня украдут инопланетяне как лучшего представителя человечества? Нет, я пойду один, ноги разомну, свежим воздухом подышу. А ты давай занимайся ингредиентами. Понял?

— Понял, — нехотя кивнул пухляш, а потом предложил: — Я тогда сейчас сбегаю за твоим телефоном. Он в спальне остался. А ещё прихвачу твою банковскую карту и переведу на неё остаток денег, которые мне закинула Владлена Велимировна.

— Себе на мороженое оставь и не забудь, что я у тебя одалживал, когда ходил в кафе. И даже не думай отказываться. А то накажу, жестоко накажу.

Павел улыбнулся краем рта и скрылся из виду. Он появился спустя пять минут и вручил мне оговорённые вещи. Я взял их и двинулся по тротуару в сторону барбершопа, сверяясь с навигатором в стареньком телефоне. Он работал через пень-колоду. Но ничего, я без инструкции чинил чёрно-белый телевизор «Горизонт», так что и с допотопным телефоном справлюсь, хотя навигатор предлагал такие маршруты, что на них сам чёрт ногу сломит. Он вёл меня через обоссанные закоулки, где громоздились кучи пахнущего тухлятиной мусора, валялись разбитые бутылки и шныряли облезлые кошки с подозрительными взглядами.

Однако я двигался к своей цели. И до неё вскоре осталось совсем чуть-чуть — один грязный проулок. Он встретил меня звоном бокалов, русским роком и весёлым гоготом, вылетающим из пары окон и открытой двери. Над последней красовалась ржавая вывеска «Бар Пересдача».

Возле покрытых окурками и плевками ступеней курила троица юнцов лет двадцати, заливаясь пивом из алюминиевых банок. Один из них рассеянно глянул на меня, а затем удивлённо распахнул рот, обнажив жёлтые от никотина зубы.

— О, Игнатий Николаевич! Лёха, иди скорее сюда! Тут твой любимый препод из нашего института!

— Кто⁈ — вылетел из окна хриплый голос.

— Зверев собственной персоной!

Я с гордо вздёрнутым подбородком брёл по проулку, уже понимая, что без приключений его не миную. Наследие Игнатия сказалось.

Готов поспорить на шкуру дракона, что выскочивший из бара пьяно поблёскивающий зенками здоровяк в спортивном костюме имеет огромный зуб на Игнатия.

Может, Зверев его отчислил? У здоровяка и рожа подходящая: сальная, с узким лбом и квадратным подбородком, усыпанным прыщами. Его физиономия буквально вопила, что если ему дать карандаш, то он непременно нарисует либо сиськи, либо член, и начнёт гоготать.

Пока же парень с мрачной радостью выпалил:

— И вправду Зверев!

— Лёх, с какого курса тебя из-за него отчислили? — спросил желтозубый, поглядывая на меня.

О как, угадал! Игнатий и правда приложил руку к его выдворению из института.

— Со второго, — зло пропыхтел детина, сжав пальцы в кулаки. — Эй, урод, а ну подь сюды! Сейчас будешь экзамен сдавать!

Я всем своим видом продемонстрировал, что урод тут один, и он злобно пыхтит на крыльце бара.

— Лёха, остынь. Он же аристократ, да ещё и маг, — вмешался бледный худой паренёк, испугано хлопая глазами.