Дверь резко распахнулась, ударившись о стену, и в проёме возникла высокая, поджарая фигура. Его карие глаза, холодные и пронзительные, как у ястреба, уставились на меня. Гарольд был подобранный, словно хищник перед прыжком.

— Очнулась? — спросил он беззлобно. — Линн, напои и накорми пленницу. Путь неблизкий. Тащить её ещё раз на себе — удовольствие сомнительное.

— Куда… «тащить»? — прошептала я, и страх, липкий и холодный, пополз по коже мелкой паутиной.

— О, тебе выпала великая честь служить чёрным драконам по ту сторону гор. Ты же и так служанкой работала в столице, а тут будешь драгоценной травницей. Драконы хорошо за тебя заплатят. То лекарство, что ты сварила для драконьего здоровья, благородные драконы оценили. Теперь тебя ждут.

— Вы не имеете права продавать меня, как вещь! — огрызнулась, видя его самодовольство.

— А кто нам запретит? — он залился громким, циничным смехом и, развернувшись, вышел.

— Ты с нашим командиром не спорь, — ко мне подошла Линн и сунула в руку кружку. — Сейчас он добрый, а ещё слово и высечь может, — напугала старуха.

Собиралась бандиты в спешке, брали только необходимое и ценное. Уходили налегке. Меня, не церемонясь, потащили в одну сторону, в то время как основная группа скрылась в лесной чаще в другой.

— Меня будут искать, — бросила я через плечо Гарольду, цепляясь за последнюю соломинку.

— Да кто бы сомневался! Уже ищут, — он фыркнул и грубо ткнул меня кулаком в спину, заставив споткнуться. — Шагай быстрее. И если ещё слово услышу — кляп в рот. Поняла?

Я молча кивнула, сжимая пальцы в кулаки и внимательно присматриваясь к местности. Бежать? Куда? Незнакомый лес, каждое дерево которого, казалось, было на стороне моих похитителей, не оставлял шансов.

Дорога шла в гору, ноги подкашивались от усталости, цепляясь за корни и острые камни.

— Ничего, доберёмся до ущелья — там и произведём обмен, — бормотал Гарольд, и мне почудилась тревожная нотка в его обычно уверенном голосе.

Внезапно из глубины леса сквозь толщу деревьев донёсся приглушённый, но налитый такой первобытной яростью рёв, что кровь буквально застыла в жилах. Это был звук, от которого сжималось сердце и холодела душа.

— Дракон! — вскрикнул молодой бандит, и в его голосе слышалась паника. — Гарольд, он нашёл наших!

— Гер? — имя вырвалось у меня само собой, наполняя сердце безумной надеждой.

— Заткнись! — рявкнул Гарольд. — Столько дней водили вояк за нос! Удача не могла нас предать именно сейчас!

Мы вышли на небольшую скалистую площадку. И тут из тени пещеры отделилась высокая, аристократичная фигура. Незнакомец был одет в чёрные одежды, струящиеся, как ночной туман, его кожа была бледной, словно никогда не видевшая солнца, а иссиня-чёрные волосы обрамляли лицо, скрытое изящной маской, инкрустированной тёмными сапфирами. Он был воплощением ночи и власти.

— Привели? — его голос был низким и бархатным, но в нём сквозила острая, как лезвие, сталь.

— Привели, — Гарольд с облегчением подтолкнул меня вперёд. — Травница Селестия. Та самая.

Незнакомец медленно вдохнул воздух, его ноздри дрогнули, а глаза-угольки сузились. — Не лжёшь. Золото в пещере. Берите и исчезайте.

В этот момент драконий рёв прорвался сквозь горное эхо, став оглушительно близким, буквально разрывая воздух. Земля под ногами мелко задрожала.

— Вы что, на хвосте дракона привели? — рука незнакомца, протянутая ко мне, замерла.

— Возможно, — Гарольд не стал отпираться. — За нами охотится отряд гарнизона. Во главе — дракон, что ухаживает за травницей.

Взгляд «покупателя» впился в меня, пытаясь пронзить до самой души. — Он твоя пара? Ты его драконица?

— Нет, я человек, — выдохнула, чувствуя, как сердце заходится в груди. — Но он мой жених.

— Проклятье, — выругался чёрный дракон, и в его бархатном голосе впервые прозвучала ярость. Он бросил взгляд на Гарольда. — О таком предупреждают! Дракон, защищая свою избранницу, будет сражаться до последнего вздоха! Какую же ядовитую змею вы мне подсунули!