Я был настолько изумлен, что не сразу сориентировался, а когда пришел в себя, она уже отскочила от меня и, развернувшись, двинулась в противоположную сторону. Я с улыбкой покачал головой и сел в машину. Маленькая дурочка! Хотя было приятно. Невинный жест, мне не хотелось задумываться, что он означал, главное, что все закончилось.

В Мадриде у меня не было ни одной свободной минутки, поэтому самоанализом и прочим бредом я не занимался, но звонок миссис Руперт взволновал меня так, что пришлось покончить со всеми делами в рекордные сроки и вернуться в Лондон.

Анна без объяснений покинула центр, состояние у нее было стабильное, но, черт ее раздери, что там у нее в голове. Я не понимал, я боялся даже предполагать. Меня трясло как припадочного от волнения и страха за нее. Я звонил домой, но мне сказали, что она не появлялась.

Весь полет я пил виски, чтобы хоть немного успокоиться, но, ни хрена не помогало. Страх за Эни нарастал. И главное, я не знал, что случилось! Миссис Руперт ничего не могла объяснить, они сами не понимали, как так получилось. Меня их оправдания не волновали, с этим я разберусь позже.

Домой я ворвался взвинченный, весь на нервах и изрядно подвыпивший, сил у меня уже больше не было на эту борьбу с женой, я опять звонил своему детективу и чувствовал себя натуральным ослом. Черт бы побрал, эту женщину, когда же она перестанет трепать мне нервы! Я бегал из угла в угол, при этом, закачивая в себя очередную порцию алкоголя, поэтому, когда в кабинет кто-то вошел, я не сразу заметил. Но когда раздался спокойный голос моей жены, меня словно током хлестануло.

— Как съездил?

Я смотрел на нее, как на ненормальную, а бешенство разливалось по венам. Я просто зверел.

— Ты охренела? — вскричал я. Анна приподняла бровь, но больше никак не отреагировала на мой выпад. — Ты хоть знаешь, что я сорвался с переговоров и мчался сюда, да ты всех на уши поставила! Где ты шлялась, мать твою?

Каким-то далеким уголком сознания я понимал, что нужно остановиться и успокоиться, но уже не мог, я так переволновался, что хотелось придушить ее.

— На работе! — невозмутимо ответила она и подошла ко мне. Я грубо обхватил ее лицо и пристально посмотрел на глаза, Анна сморщилась и начала вырываться.

— Отпусти, мне больно! — процедила она.

— Потерпишь! — огрызнулся я, и подвел ее ближе к свету, поскольку в кабинете горел лишь один светильник.

— Ты что с ума сошел? — вскричала она, когда я направил свет ей в глаза, но мне было все равно на ее возмущение, я должен был убедиться, что она не под кайфом.

На свое счастье, Анна была трезвая, потому что иначе не знаю, чтобы я с ней сделал. Вздохнув с облегчением, я отпустил ее, она скривилась, а потом со всего размаху залепила мне пощечину. Щеку обожгло, задергало. Виски пролилось мне на руку, запачкав рубашку. В воздухе повис терпкий запах, атмосфера накалялась.

Я оскалился и начал надвигаться на Анну, горя только одним желанием — свернуть этой стерве шею. Ее выходка добила меня окончательно.

Но моя жена и не думала от меня сбегать, нахально улыбнувшись, она протянула руку, и, обхватив галстук у узла, притянула меня к себе.

— Злишься?! — шепотом произнесла она, ее дыхание обожгло кожу. Анна медленно облизнула губы и провела рукой вдоль галстука. Я пропустил удар.

— Уж не пытаешься ли ты меня соблазнить?! — усмехнулся я, наблюдая за ее действиями.

Эни приблизила вплотную свое лицо к моему и хриплым шепотом выдохнула мне в губы.

— А зачем? Мне достаточно пары ласковых взглядов и у тебя встанет!

Я обалдел от такого заявления, но в тоже время меня завела её грубость. Мне вдруг понравилась эта сука, в которую превратилась моя жена. Она меня возбуждала. Стоило признать, что, да, ей достаточно поманить меня пальцем.

— Да что ты?! — шепчу я в ответ, вдыхая запах ее волос. — А ты умеешь удивлять, Анна.

Она ничего не ответила, в полумраке было сложно разглядеть ее лицо, но мне было достаточно слышать ее прерывистое дыхание, чтобы понять, что она тоже возбуждена.

Мне становится жарко, трусы нестерпимо жмут, но так позорно сдаться — это не мой случай. Детка хочет поиграть, что ж я могу ей это устроить. Еле сдерживая себя, заботливо провожу рукой по ее волосам и отстраняюсь. Она растерянно тянется за мной.