— Запомни этот раз, потому что он был последним. — снисходительно улыбнулась она и направилась к двери, подхватив, свою сумку, валявшуюся на полу. Я же ничего не понял. Что за хрень она несет?!

— А это еще что значит? — крикнул я ей вдогонку.

— Это значит, прощальный секс, кажется, так это называется. Захотелось понять, в чем же его прелесть и как видишь, результат ошеломительный! — наигранно веселым голосом ответила она, а затем порылась в сумочке, достала какой-то журнал и кинула мне. Я поймал его на лету, а Анна иронично добавила:

— Да, и еще, в следующий раз, когда решишь завести себе очередную шлюху, проследи, чтобы она была не так болтлива.

После она грациозно покинула кабинет, а я, как дурак, пялился, то на дверь, то на журнал, не понимая, что это был за спектакль. Когда зажег свет, увидел на первой полосе себя и Ким, обнявшихся перед моим лимузином с заголовком: «Пока жена лежит в психушке, легенду футбола утешает дочь политика».

Меня словно током ударило. Все время, пока я был с ней в тот день, мой шофер следил за тем, чтобы поблизости не было ни одного представителя прессы.

Я быстро пролистал журнал и стал читать, там была почти вся история моих взаимоотношений с Ким, несколько приукрашенная, но, тем не менее, почти правдивая. Это могла знать только она. С каждой минутой во мне нарастала бесконтрольная ярость. Меня разрывало на части от сознания катастрофы. Я вскочил с места и кинулся на задний двор, а в голове било: «Убью суку!»

Глава 10

Сплетни могут все смести,

как недобрый ветер,

можно все еще спасти,

если им не верить.

Можно все еще спасти.

Мы друг другом жили.

Ты меня не отпусти

в руки, мне чужие.

из стихотворения Е. Евтушенко.

Когда Ким проснулась, на Мэрилебон уже во всю кипела жизнь. Девушка с наслаждением потягивалась, попивая кофе и куря сигарету, наблюдая за тем, как люди торопливо шагают, озабоченные своими делами. Обычно в их престижном квартале было спокойно и безмятежно, разве что туристы нарушали размеренное течение жизни на севере Вестминстера, дабы посетить знаменитую Бейкер-стрит, известную домом Шерлока Хомса и музеем мадам Тюссо. Когда Ким приобретала квартиру в этом квартале, она руководствовалась лишь его популярностью среди богатого населения. В ту пору, слишком устав от постоянной экономии, девушке хотелось комфорта и роскоши, к которой она привыкла с детства, благо бабушкино наследство позволяло не отказывать себе в таком недешевом удовольствии, как квартира на Мэрилебон Хай-стрит. Сейчас же, несмотря на то, что безумное желание жить сообразно дочери политика поутихло, идеи сменить жилье на более скромное не возникало.