Я выхожу на тротуар и смотрю на здание больницы, куда приезжаю с тех самых пор, как узнала о беременности. Начинаю нервничать, как и в первый раз. Стараясь успокоиться, я делаю глубокий вдох.

Опаздываю на пять минут. Ничего удивительного. Я никогда не могу прийти вовремя. Это проклятье какое-то. Как и многое другое в моей жизни. Как и я сама.

Ужасно нервничаю, когда подхожу к двери. А что, если она не придет?

Я вхожу в приемную и вижу одного единственного человека. Это Карли. Она не знает, куда деть руки, а ногами отбивает нервный ритм. Из шлепанцев выглядывают ноготки цвета металлик. Ее длинные вьющиеся волосы собраны в хвост, и лишь несколько завитков обрамляют узкое лицо. Темно-карие глаза на фоне бледной кожи кажутся огромными. На ней удобная повседневная одежда. Она просто комок нервов.

Черт. Я заставила ее ждать. Она, скорее всего, думала, что я не приду. У нее это на лице написано. Я ужасна.

Она вскидывает голову, как только я прохожу через двери, и ее обеспокоенность отступает. Вдруг ее лицо озаряется улыбкой, и передо мной уже женщина, излучающая теплоту и счастье. О Господи, эта улыбка.

Идеальная.

Прохожу вперед, пока она встает и медленно направляется в мою сторону, в то время как я спешно записываю свое имя на бланке пациента. Секретарь поднимает голову, кивает и окидывает меня странным взглядом. Она знает. Знает, что я делаю, и ненавидит меня за это. Она считает меня ужасным человеком, потому что я не хочу оставить своего собственного ребенка. Для нее я — монстр.

Стоп! Я должна выбросить из головы эти противоречивые и навязчивые мысли. Она ничего не знает и не осуждает меня. Ведь так?

Господи, я разговариваю сама с собой.

Поворачиваюсь к Карли, которая сейчас стоит всего в паре шагов от меня. Она протягивает правую руку, словно для рукопожатия, поэтому я протягиваю свою, и она сильно сжимает ее в своих ладонях. Наши взгляды пересекаются, и ее глаза блестят от застывших слез. О, Господи, только не плачь, пожалуйста! Мне только этого сейчас не хватает.

— Привет, — произносит она.

— Привет, — тихо произношу я в ответ, отводя взгляд.

Этот неловкий момент длится совсем недолго, потому что медсестра окликает меня.

— Табита Флетчер?

— Д-да, — бормочу я. — Я здесь, и со мной моя… подруга?

Медсестра смотрит на нас обеих, кивает и жестом приглашает пройти в смотровой кабинет. Я иду первой, Карли следует за мной.

В смотровой медсестра просит меня лечь на кушетку. Пока она распределяет гель по моему животу, я отвечаю на ее вопросы.

— Как вы себя чувствуете сегодня, Табита?

— Прекрасно.

— Любые изменения с момента вашего последнего визита?

— Нет.

— Любой дискомфорт или выделения?

Отстой.

— Не-а.

— Кто ваша подруга?

Я замолкаю, пока Карли осматривает комнату, как будто увлечена всем этим оборудованием. Она слышала вопрос?

— Она… Эм… Она будет… Э-э… — я изо всех сил борюсь со словами и не могу сказать их вслух.

Медсестра поднимает на меня бровь и смотрит между нами, когда датчик парит над моим животиком.

— Она хочет усыновить моего ребенка, — говорю я тихо.

— О, — отвечает медсестра и сразу же поворачивается к Карли.

— Это ваш первый?

— Да, наш первый, и наш подарок. Самый величайший дар, когда-либо данный нам, — отвечает Карли. Ее темно-шоколадные глаза блестят, пока она смотрит на монитор. Хватает меня за руку и сжимает.

Я задерживаю дыхание и лежу тихо, так как медсестра перемещает датчик по моему животу, пока делает фотографии ребенка. Мой малыш.

Малыш Карли.

— Мы уже знаем, что это девочка, — медсестра снова обращается к нам. — Мы обнаружили это на ее двадцатой неделе во время УЗИ. Теперь, когда приближается срок родов, мы следим за малышкой, чтобы убедиться, что она развивается надлежащим образом.

Она улыбается Карли, затем мне. Ладно. Думаю, я могу это сделать.

Медсестра делает еще несколько измерений, вытирает мой живот и снимает свои перчатки.

— Хорошо, мы закончили здесь. Табита, вы должны быть уверены в своем решении, чтобы получить ваш план усыновления с помощью ассистента доктора Фишера, а также больницы. Мы хотим быть уверены, что учитываем все пожелания.

Она улыбается нам и выходит из комнаты.