Из-за личной драмы и проблем с бизнесом Костя не заметил трагедии в жизни брата. Тот был во многом сам виноват: мало откровенничал, не просил поддержки и помощи. А не просил потому, что было неловко и стыдно, не столько перед братом, сколько перед самим собой. Нелегко признаться себе, что по своей собственной вине ты по уши завяз в дерьме, зашел в тупик, из которого уже не виделось выхода.
Но как же так получилось?
Началось все, как водится, с банального самообмана…
Глава 22
Артур притворился перед собой, что женится на Алине по любви, а не потому, что женитьба на ней избавит его от необходимости пробиваться в жизни самому. Сыграли роль и настойчивые убеждения матери.
– Ты с ума сошел, – сказала она, узнав, что Артур колеблется. – Такой шанс выпадает раз в жизни, и только полный глупец может его упустить. И ты не сравнивай себя с братом, не прикидывай, как бы он поступил на твоем месте! Костя – намного сильней и выносливее тебя.
Мать была умной женщиной, и сейчас говорила не о недостатках, а о достоинствах младшего сына. Чтобы Артур понял, что с его достоинствами нечего и пытаться преуспеть без посторонней помощи.
– И, помяни мое слово, потом ты увидишь, как Косте будет трудно, – подключила «тяжелую артиллерию» мать. – Ты увидишь, увидишь! И вообще, я не понимаю: а в чем проблема-то? Алина – прекрасная девушка, и ум, и красота – все при ней. А главное, она тебя любит! Думаешь, лучше жениться на девушке, которую ты будешь любить больше, чем она тебя? Нет, сынок, упаси Господь! С твоим слабоватым характером из тебя будут веревки вить.
– Но у Алины тоже не очень-то мягкий характер, – робко возразил Артур. – И она тоже любит, чтобы все было только по ее.
– А кто этого не любит? – рассмеялась мать. – Вон, твой приятель женился на голодранке из провинции, которая норовит командовать. Ты хочешь такого счастья? Чтобы какая-то нищебродка, сидящая на твоей шее, строила из себя принцессу?
Мать выдержала паузу и торжественно продолжала:
– А Алина – она уже принцесса, поэтому ей не нужно кого-то из себя строить. И потом, у вас же будут деньги, сынок! А деньги – это свобода и счастье. Поверь, капризы жены покажутся тебе ерундой, когда ты будешь по три раза в год разъезжать по курортам, отдыхая в лучших отелях. Ты будешь ловить море позитива, в котором утонет крохотная бочка негатива…
Сомнения Артура рассеялись, и он сделал Алине предложение. Вскоре после свадьбы жена забеременела. Артур вспомнил предостережения брата, но не расстроился: ведь они возьмут для ребенка нянечку, не придется особо напрягаться, лишая себя полюбившегося комфорта.
Немного огорчало лишь то, что беременность жены получилась без согласования с ним. Ведь Алина вроде бы согласилась, что с ребенком следует подождать, пока они не привыкнут друг к другу. И тут вдруг – как снег на голову известие о беременности.
– Выходит, ты не пила гормональные таблетки? – спросил Артур жену.
– А зачем мне травиться гормонами без особой нужды? – невозмутимо парировала Алина.
– Но ты же сказала, что будешь продолжать их пить, – робко напомнил Артур. – Как и до свадьбы. Я мог бы предохраняться сам…
– Подожди, – голос Алины зазвучал резковато. – А в чем, собственно, дело? Ты не рад, что скоро станешь отцом?
– Рад, – ответил Артур. А что еще можно тут ответить?
– Тогда чего устраиваешь бурю в стакане воды?
– Я просто… немного растерялся от неожиданности, – с виноватой улыбкой пробормотал Артур.
В самом деле, не пускаться же в замысловатые объяснения. Артур сомневался, что Алина сумеет понять его правильно и не обидится. И он боялся услышать ответ, от которого его уязвленное мужское самолюбие пострадает еще сильнее.
Увы! Не прошло и трех месяцев со дня свадьбы, как Артур ощутимо почувствовал «твердую женскую руку». Заполучив его в законные мужья, Алина перестала играть в толерантность. Говоря затасканной фразой, она властно и решительно встала у руля семейного корабля, отстранив от его управления некомпетентного и слабого мужа. И что оставалось тому, кроме как смириться? Он жил в квартире Алины, работал на непыльном местечке с высокой зарплатой, куда пристроил его папа жены. То бишь пользовался благами, добытыми для него другими, ничем не обязанными ему людьми. Тут не шибко состроишь из себя командира.