— Мила, я проверил всё. Это его почерк, его печать… Я нашёл и другие письма, где он обсуждает планы с её сторонниками. Я даже нашёл записи его разговоров с ней… — Гаарон сжал кулаки, с трудом сдерживая гнев. — Он планировал избавиться от короля сразу после твоей свадьбы.

Мой мир рухнул. Сердце разорвалось на тысячи осколков, и я не знала, как собрать их обратно. Как он мог… Как мог смотреть мне в глаза, целовать, обещать защиту, а потом предать?

— Как он мог… — прошептала я, хватаясь за грудь, будто пытаясь удержать боль внутри. — Как он мог…

Гаарон подошёл ближе и осторожно положил руку мне на плечо.

— Мне жаль, Мила… — его голос был тихим и сочувственным. — Я знаю, как это больно. Но ты сильная. Ты справишься.

Но я не была уверена. Я чувствовала, как боль пронзает сердце, и слёзы обжигают щёки. Всё, во что я верила, оказалось ложью.

Я сидела на кровати, свернувшись клубком, и не могла перестать плакать. Слёзы лились безудержно, обжигая кожу и смешиваясь с дрожью в груди. Гаарон молча сидел рядом, не отрывая от меня внимательного взгляда, и в его глазах я видела искреннее сожаление. Он не говорил ни слова, просто осторожно коснулся моего плеча, словно боясь причинить ещё большую боль.

Я пыталась унять рыдания, но стоило хоть немного успокоиться, как накатывала новая волна. Гаарон осторожно пододвинулся ближе и обнял меня, аккуратно, как хрупкий сосуд, готовый разбиться от любого прикосновения. Я не оттолкнула его — наоборот, уткнулась в плечо и снова разрыдалась.

— Я знаю, милая… Я знаю, как больно, — шептал он, гладя меня по волосам. — Но ты сильная. Ты справишься.

— Я так доверяла ему, — всхлипнула я. — Я думала, что мы на одной волне. Что он… любил меня.

— Он обманул тебя, и я клянусь, что он за это заплатит, — сжав зубы, проговорил Гаарон. — Но сейчас главное — спасти тебя.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, и наконец отстранилась, вытирая глаза.

— Ты прав… — проговорила я. — Я не хочу умирать. И не собираюсь позволять какому-то лживому козлу распоряжаться моей жизнью.

Гаарон одобрительно кивнул, и я наконец смогла выпрямиться, чувствуя, как внутри разгорается решимость.

— Мы должны отменить ритуал, — сказала я твёрдо. — Если он меня не любит, он просто убьёт меня. И я не позволю ему этого сделать.

— Если не провести ритуал, ты тоже умрешь. Значит, нужно оставить только тех, кто искренне хочет быть с тобой.

— Да, но… я не хочу, чтобы он догадался об этом раньше времени. — Я нахмурилась, вспоминая его тёплые глаза и ласковые руки, которые теперь казались оковами предательства. — Он может попытаться что-то сделать, чтобы всё равно получить желаемое. И… убить меня.

— У меня есть идея, принцесса. Если ты готова, если тебе хватит сил.

Я подняла на него свои заплаканные глаза и выслушала все, что он придумал. И согласилась.

— Я обо всём позабочусь, — кивнул Гаарон. — Ты справишься, Мила. Я в тебе не сомневаюсь.

— Я просто не понимаю… — проговорила я тихо, сжимая пальцы до побеления. — Почему именно он? Почему так больно?

Гаарон ничего не ответил, лишь крепче обнял меня, позволяя снова уткнуться в его плечо. Я больше не плакала — слёзы иссякли, уступив место холодной решимости.

Мы долго молчали, и я постепенно приходила в себя, понимая, что Гаарон прав. Я не позволю кому-то сломать меня и лишить жизни из-за глупой жажды власти. Мы справимся. Я справлюсь.

— Спасибо тебе… — тихо сказала я. — За то, что не ушёл.

— Я всегда буду рядом, Мила, — ответил он с тёплой уверенностью. — Даже если весь мир пойдёт против тебя. Я давал клятву быть твоим роном.

Я выдохнула и улыбнулась ему сквозь остатки слёз, чувствуя, что внутри загорается крошечная искра надежды. Я не одна. У меня есть те, кто действительно любит меня. И с ними я точно справлюсь.

Глава 27

Когда Гаарон ушёл, я продолжала сидеть на кровати, пытаясь собраться с мыслями и хоть немного успокоиться. Сердце всё ещё болезненно сжималось, а перед глазами стояло предавшее лицо моего мужчины. Как он мог так со мной поступить? Я сжала кулаки, пытаясь удержать слёзы.

В дверь постучали. Я выдохнула и ответила, стараясь придать голосу твёрдость:

— Войдите.

На пороге появился Дрейк, его выражение было сосредоточенным и немного настороженным.