Ко мне шли с разными проблемами: кто-то жаловался на несправедливость со стороны стражи, кто-то просил помощи в покупке корма для лошадей, так как внезапный вирус унес почти всё стадо. Были те, кто спорил из-за земли или имущества, и даже одна пара, умоляющая помочь вернуть украденное свадебное платье. С каждым я старалась поговорить вежливо, внимательно выслушать и по возможности помочь. Но некоторым приходилось отказывать — слишком уж абсурдны были просьбы или слишком сложны для решения сразу.

Постепенно я стала уставать от нескончаемого потока людей. Но, к моему удивлению, даже когда наступил полдень, очередь не иссякла. Дрейк и правда поработал на славу, и теперь дворец гудел от людского волнения.

Ближе к концу приёма в зал вошёл старик с седыми волосами, сильно сутулый и опирающийся на деревянную трость. Он подошёл к трону и поклонился, а я заметила, как его пальцы дрожат.

— Ваше высочество, — голос старика был низким и хриплым, но твёрдым. — Меня зовут Альберт Рейфисон, я директор местной школы для бедных. Простите за дерзость, но прошу вас… помогите нашей школе. Она на грани разрушения, крыша протекает, стены трещат… Детям негде учиться. Мы собирали деньги, как могли, но у нас нет покровителей. Я обивал пороги чиновников, но никому до этого нет дела. Дети — обуза для знати. Но вдруг вам… вдруг вам не всё равно…

Я нахмурилась, ощущая прилив беспомощности. И правда, мало кому во дворце есть дело до детей бедняков. Я сжала подлокотник трона, прикидывая, как подступиться к решению проблемы.

— Я подумаю, как можно помочь, — сказала я, заметив, как старик нахмурился и разочарованно опустил голову. Он уже понял, что обычно это означает отказ, но я не могла принять решение, не обдумав его как следует.

— Пожалуйста, подождите в коридоре до завершения приёма, — добавила я. — Мне нужно больше информации, и я вас позову.

Он склонился в поклоне, покидая зал с гордо поднятой головой, несмотря на дрожащие ноги.

После завершения приёма я попросила Дрейка найти Эла. Тот явился через несколько минут и поклонился, как полагается.

— Ваше высочество, — с серьёзным лицом произнёс он. — Что-то случилось?

— Эл, у меня для тебя задание. Оно непростое, но я не знаю никого, кто справился бы лучше тебя, — я улыбнулась, глядя в его глаза.

— Задание? — на его губах мелькнула лёгкая улыбка. — Желаешь массаж?

Я рассмеялась, покачав головой.

— Это позже. Сейчас мне нужно кое-что другое. Там в коридоре сидит старик, директор детской школы. Она почти разваливается, а дети лишаются последнего места, где могут учиться. Я хочу, чтобы ты занялся строительством новой школы. Чтобы детям было где учиться и жить, если понадобится. И когда школа будет построена, ты станешь её попечителем. Директор уже есть — я не хочу его смещать, но он стар и явно не сможет управлять этим вечно. Поэтому я назначаю тебя ответственным за эту школу.

Пока я говорила, лицо Эла изменялось — сначала удивление, потом радость, и, наконец, что-то тёплое и благодарное загорелось в его глазах.

— Мила… Ты не можешь… — его голос дрогнул, и он сглотнул, пытаясь взять себя в руки. — Ты серьёзно?

— Выполнишь мою просьбу?

Он посмотрел на меня так, словно хотел броситься и расцеловать прямо сейчас, но сдержался, оглянувшись на стражу.

— Я бы обнял и расцеловал тебя, если бы не столько свидетелей вокруг, — пробормотал он, не скрывая эмоций.

— Я тоже рада, что могу сделать это для тебя, — я улыбнулась. — А теперь иди к старику и поговори с ним.

Эл кивнул и исчез так быстро, что я едва успела заметить его движения. Осталась только тёплая радость на сердце от того, что я смогла сделать что-то действительно хорошее. Когда мы с ним только познакомились, он говорил, что мечтает повлиять на образование. Хочет открыть школу. Что ж, кажется сама судьба благосклонна к его желанию.

Больше в этот день я Эла не видела, но вечером, когда я вернулась в свои покои, меня уже ждал Дрейк. Он встретил меня с лёгкой улыбкой и гордостью в глазах.

— Ты молодец, Мила, — сказал он, обнимая меня за талию и прижимая к себе. — Сегодняшний приём прошёл на удивление удачно. А твоя идея со школой — просто блестящая. Эл был так счастлив, что у меня даже не хватило сил подколоть его.