Недовольная девица только скривилась. Люба вновь вышла в наступающую зиму. Денег на такси не осталось. Хотя добираться было не так далеко — ирония. Столько месяцев жила в пешей от него доступности…спустилась в метро, проехала станцию. Все тот же центр, те же особняки. Но тут ближе к шумной улице, от того на первых этажах и банки, и рестораны. Нужный дом, как и дом сына был обнесён забором, да только не таким неприступным и калитка на распашку.

Люба вошла. Пересекла сад и парковку. Поднялась по ступеням, нажала на кнопку звонка. Дверь распахнулась сразу, за нею женщина в рабочей униформе. Люба жадно вдохнула воздух, словно надеясь что им, ее Витей, сразу запахнет.

Но пахло лекарствами. Крепко, дурманяще, как в процедурном кабинете.

Глава 13. Сандра

Самое удивительное это то, что я не стала в нее ломиться. Я…ушла. Развернулась и ушла. Пошла и приняла душ. Хорошо, с удовольствием намылась жёсткой мочалкой. С волосами провела все процедуры что из года в год ленилась, наскоро моя голову да заплетая в косу или убирая в хвост. А тут и маску нанесла, и подождала, прежде чем смыть, и спреем каким то для блеска — тут в ванной и стоял, побрызгала, а затем феном высушила. И волосы вдруг вспомнили, что я женщина, когда-то бывшая красивой, легли послушно светлыми прядями, что уже прятали первую седину, заструились.

Потом пошла и сварила себе кофе. И выпила его с конфетой, успевшей уже затвердеть, даже нищее детство с его жёсткими конфетами вспомнилось.

Идти ли? Надо ли? Надо. Не оставаться же здесь навсегда, пленницей этого всеми забытого дома. А разгадки там, наверху. Готова ли я ко встречи с ними? Вот тоже

— А хер его знает, — пожала плечами я. — так сразу и не поймешь же. Надо проверять.

И пошла. Дверь все еще была приоткрыта, я бы не удивилась, если бы она вновь стала неприступной. Я толкнула ее. Включилось равнодушно синеватое автоматическое освещение. Квадратный холл. Лифт, я же говорила, лифт есть! Кому он нужен тут? Я нажала на кнопку вызова, лифт послушно приехал и открылся, показывая хромированное нутро.

Я в него не вошла. Рядом лестница, узкая, винтовая, без изысков — черная, для прислуги. Спустилась. Внизу обширное пространство подвала. Большая часть выделена под гараж, стоит две машины, дорого-богато. Какие-то пустые закутки, технические помещения с электрическими щитками и контролем системы отопления. Неожиданно нашлась сауна, судя по запаху и слою пыли на золотистых досках давным давно не используемая. В комнате возле сауны пылилось несколько спортивных тренажеров, тоже заброшенных и забытых.

— Я здесь тоже скоро вековой пылью покроюсь, — вздохнула я.

Страшно не было, хотя мои шаги по бетонному полу подвала гулко отдавались в ушах и многократно повторялись приглушённым эхо от стен. В подвале я посмотрела все. Оставалось подняться на мансарду, и я вновь пошла по лестнице, лифт казался ловушкой, в которой если застряну, останусь навсегда. А помирать мне нельзя, мне долги отдавать нужно.

Ступени были металлическими и тихо вибрировали от моих шагов. Три этажа наверх — первый, второй, мансарда. Несколько минут времени. Я неожиданно для себя разволновалась вдруг даже пальцы затряслись.

И подлая лестница, как назло, закончилась. Я поднялась на мансарду. Площадь ее была меньше нижних этажей, за счёт того что потолок скошен. Небольшой квадратный коридор. Три двери.

Толкнула ту, что посередине. Большая, просторная ванная, пребывающая в некоторой заброшенности, как и все тут. Нет, ею явно пользовались, и активно, но слишком уж небрежно. Раковина заляпана зубной пастой. На зеркале брызги. На полу валяется упавший и никем не поднятый гель для душа. Крышка немного приоткрылась и под него натекла голубая, терпко пахнущая мятой и холодом лужица.

Следующая комната — спальня. Большая, в три окна. Я выглянула в окно — на задний двор. Следили за мной в первый день не из этой комнаты.

Постель смята. На полу тарелки с засохшими остатками еды. Смятые комки выдранных из книг страниц. Сами книги, безбожно изуродованные. Запах затхлости и усталости. Я знала этот запах — усталости от жизни.