Отхожу к окну, любуюсь последним кадром: размытые огни и золото ёлки, прищур глаз и небрежный наклон головы. Бокал в длинных пальцах. Очень фотогеничный мужчина, что есть, то есть. Мужчина, который знает себе цену.

– Хорошее фото. Вы чувствуете кадр.

Не услышала, как он подошёл и стоит прямо за спиной. Едва ли не в затылок дышит. Неприятно. Отодвигаюсь.

– Спасибо.

– Я серьёзно. Это, – он усмехается, – далеко не первая моя фотосессия и точно не последняя. Почему я о вас раньше не слышал?

– Сижу в декрете, – отвечаю, подумав, что я никогда не нашла бы заказчиков его уровня, если бы не случай. Мои клиенты – люди проще. С ними и работать приятнее, не то, что с этим… Не очень приятным человеком.

– Значит, с волосами я не угадал. – Тимур усмехается. Вертит пальцем в воздухе, обводя моё лицо. – Вас не бросали. Ребёнок маленький?

– Почти два года, – отвечаю машинально. Не понимаю, почему вообще продолжаю с ним говорить. Невольно спрашиваю с интересом: – Почему вы уверены, что не бросали?

– Нельзя бросать женщину с маленьким ребёнком, – отвечает он серьёзно, а мне рассмеяться хочется. Это говорит человек, который изменяет жене?!

– А с большим, значит, уже можно?

– Ни с каким нельзя. Когда женишься – берёшь ответственность за женщину. За семью.

– Но при этом можно изменять, – не могу удержаться. Кто за язык тянул?! Глаза Тимура вспыхивают. Он склоняет голову, оценивающе смотрит. Кажется – по телу скользит сканер. Что ж, судя по всему, я явно не в его вкусе. Вообще не понятно, почему продолжает со мной говорить.

– Я не сторонник теории, что женщины моногамны и наоборот, – наконец тянет он. – Но люди склонны поддаваться инстинктам, а ещё – слабы. Считаю, что каждый человек имеет право на слабости, если они не вредят другим.

Он разворачивается на пятках, идёт к вешалкам, оставляя стоять с приоткрытым ртом. Наверное, я не устану удивляться людской подлости. То есть, причинять боль жене – это не считается?! Или же она на самом деле не в курсе, что муж ходит налево?..

– Всего хорошего, Анна. Вы – талантливый фотограф. Если не возражаете, мы будем иметь вас в виду, когда понадобятся услуги фотографа.

– Д-да, конечно, – отвечаю заторможено. Видимо, чего-то я в этой жизни не понимаю…

Новый год всё ближе. Записаться в салон нереально, все готовятся к корпоративам и самой волшебной ночи в году. Смотрю на ногти, которые молят и вопят о маникюре. Становится стыдно за свой внешний вид. Я как со стороны себя увидела, хотя так и есть: смотрю в напольное зеркало. Волосы слегка растрепались, выбились из заколки. Макияж минимальный – только тушь и слегка подвела брови. Цвет лица неровный, руки сухие. Удобный растянутый свитер, узкие джинсы и кеды, в которые переобулась, когда приехала в студию. Жалкое зрелище. Или же, наоборот, творческий беспорядок! Смотря с какой стороны смотреть! Вскинув подбородок, киваю отражению, собираю технику и выхожу. Сегодня мне никто не предложил услуги водителя, но это и к лучшему – не хочу принимать от этой семьи ничего сверх положенного. Аванс, кстати, мне уже перевели. Можно сходить в магазин, выбрать подарки детям и… И всё. Свекрови ещё.

Пока оказалась в центре, пройдусь по магазинам, потрачу честно заработанное. Поправляю увесистый рюкзак за спиной и направляюсь к ближайшему торговому центру. Небо затянуло, срывается снег. Для разнообразия Машу сегодня отвезла к свекрови, вечером заберу. Брожу по ярко освещённым залам с множеством магазинчиков, смотрю на женщин и девушек, по двое или трое, которые порхают из одного магазина в другой. Когда я в последний раз вот так ходила на шоппинг? Ведь тоже было всё это: сотни ненужных и весёлых примерок, кофе и пирожное в небольшой кафешке, куча пакетов и обсуждение покупок… Когда я в последний раз хоть что-то покупала себе?