— Она и правда волшебная, — сказала Ася, глядя на воду. — Смотри, как плавает.

— Волшебная, — согласилась Ева. — Загадывай желание.

Ася закрыла глаза, помолчала, потом открыла.

— Всё, — сказала она. — Загадала.

— И что?

— Не скажу. Не сбудется.

— Тогда пойдём в дом. Мне нужно примерить платье, а тебе — высказать всё, что ты обо мне думаешь.

— Это надолго, — усмехнулась Ася.

Они поднялись в мансарду, маленькую комнатку под самой крышей, где Ева спала с детства. Здесь пахло деревом и луговыми цветами, которые Ева собирала в поле каждое утро и ставила на прикроватной тумбе. На стенах висели старые фотографии — бабушка с кубком, дедушка на Молнии, мама, которую Ева почти не помнила.

Ася открыла шкаф, достала чёрное платье — простое, короткое, с открытыми плечами, которое они когда-то купили вместе на распродаже и которое стало их общим сокровищем.

— Надевай, — сказала она.

Ева сняла топ, юбку, оставшись в белье, и натянула платье через голову. Оно село идеально — как всегда. Чёрный шёлк облегал фигуру, открывал плечи, ключицы, спускаясь ровно настолько, чтобы быть элегантным, но не вызывающим.

— Повернись, — скомандовала Ася.

Ева повернулась.

— Волосы распусти, — Ася подошла, ловкими пальцами вытащила резинку. Русые локоны рассыпались по плечам, и Асия одобрительно кивнула. — Да. Так. Ты будешь королевой, Ева. Они не поймут, как их сын смог заполучить такую девушку.

— Спасибо, — тихо сказала Ева, глядя на себя в маленькое зеркало на стене.

Они сидели на кровати, переодевшись в пижамы, пили чай, который заварил дедушка, и болтали. Обо всём и ни о чём. О том, как Ася влюбилась в Дениса, о том, как Ева боится завтрашнего вечера, о том, какая щука большая, и о том, что Сёма теперь будет ходить и всем рассказывать, что у них в пруду живёт волшебная рыба, исполняющая желания.

— Знаешь, — сказала Ася, когда уже стемнело, — я верю, что у тебя всё получится. И с клубом. И с этим... фиктивным красавчиком.

— Ты правда веришь?

— Правда. — Ася обняла её. — Потому что ты — Ева Золотова. А Ева Золотова всё умеет. Даже устривать пожар.

— Мне до сих пор немного стыдно, — напомнила Ева.

— Главное, не говори об этом на ужине. — Ася зевнула, потянулась. — Ладно, пора спать. Завтра у тебя важный день.

— Чёрт. Смирнов обещал за мной заехать. Я не хочу, чтобы дедушка его видел, — Ева села в кровати, Ася приподнялась на локтях и посмотрела на подругу.

— Не волнуйся, это я беру на себя. Подговорю Сёму, он уведёт куда-нибудь дедушку ближе к шести.

Ева посмотрела в окно. Ночь была тёплой, звёздной, и где-то в лесу ухала сова, и в пруду плескалась щука, и лошади в конюшне спали, и весь этот мир, маленький, уютный, был её.

— Ася, — тихо позвала Ева, когда подруга уже опустилась обратно на подушки и готовилась заснуть.

— Что?

— У тебя всё получится. С Денисом.

Ася улыбнулась. В свете луны её рыжие волосы горели, а зелёные глаза блестели.

— Знаю, — сказала она. — Я же загадала.

Ева тоже улыбнулась и легла рядом с подругой так, что их головые соприкоснулись. Они обе смотрели в потолок и каждая думала о своём. Ася — о Денисе. Ева — о Глебе.

Завтра был ужин с его родителями. Завтра она должна была стать той, кого от него ждут. Но сейчас, в эту минуту, она была просто собой. Вместе со своей лучшей подругой. И это было главное.

Глава 14

Пятница выдалась на редкость душной. Даже вечернее солнце, которое обычно приносило прохладу, сегодня, казалось, специально давило всей своей тяжестью, заставляя воздух дрожать над крышами домов. Ева стояла перед зеркалом в ванной, смотрела на своё отражение и никак не могла заставить себя сделать последний штрих — поправить выбившуюся прядь, которая упрямо лезла в глаза, и выйти из дома.

— Может, всё отменить? — крикнула она в приоткрытую дверь, где на кровати развалилась Ася. — Скажу, что заболела? Или.. не знаю, что меня Молния затоптал. Прокатит?

— Нет, — коротко отрезала Ася, даже не поднимая головы. Она листала что-то в телефоне, но по её лицу было видно, что она не пропускает ни слова.

— А если я там в обморок упаду? — Ева вышла из ванной, держа в руках расчёску, и посмотрела на подругу с надеждой.

— От чего? — Ася отложила телефон и скрестила руки на груди.