— Будем считать, что я этого никогда не слышала, — сказала она, и её голос был ровным, как стекло. — И если тебе плевать на чувства моей лучшей подруги, то лучше наберись смелости и скажи ей прямо, а не давай ложную надежду.

Она взяла сумку и, не оборачиваясь, вышла из пекарни.

Марго ждала у входа.

— Всё нормально? — спросила она, глядя на Еву.

— Да, — кивнула Ева. — Поехали.

---

Караоке-бар назывался «Голос» и находился в подвале старого здания в центре Москвы. Там пахло дымом и дорогим парфюмом, и свет был таким тёмным, что Ева споткнулась о порог и чуть не упала. Марго поймала её за локоть.

— Осторожнее, девочка с фермы, — усмехнулась она.

— У меня не ферма, а конный клуб, — огрызнулась Ева, но в её голосе не было злости.

Ася уже сидела за столиком в углу, сжимая в руке бокал с чем-то ярко-розовым. Увидев их, она помахала рукой.

— Вы пришли! — крикнула она, и её голос был громче, чем нужно. — Я уже заказала!

— Что? — спросила Ева, садясь рядом.

— Всё! — Ася широко улыбнулась, — И даже яд для нашей новой подружки! Но он не подействует, если вы прямо сейчас расскажете, как вообще в вашей голове появилась мысль всем вместе сходить в караоке.

Они пили. Сначала коктейли — яркие, сладкие, которые Ева пила через трубочку, чувствуя, как алкоголь разливается по телу тёплой волной. Потом Марго заказала текилу, и они выпили залпом, сморщившись, как девчонки. Параллельно они рассказывали, что привело их сюда, а потом разговор зашёл на отвлечённые темы.

— За то, чтобы наши проблемы кончились! — провозгласила Марго.

— За то, чтобы мы были счастливы! — подхватила Ася.

— За нас! — громко сказала Ева, и они чокнулись.

Потом они пели. Марго — громко, надрывно, с закрытыми глазами, будто от этого зависела её жизнь. Ася — фальшиво, но с таким чувством, что Ева не могла сдержать улыбки. Ева — старательно, но всё равно мимо нот. Потом они пели все вместе и вот это уже было больше похоже на крик о помощи. Все три девушки были такими разными, но сегодня стали почти подругами.

— Ты чего грустишь? — спросила Ева, падая на диван рядом с Марго.

— Я хочу к Валере, — призналась Марго.

— А мы уже достаточно пьяные для того, чтобы звонить нашим парням? — Ася упала рядом с Евой.

Все трое переглянулись.

— Нет, — протянули они хором.

— Ещё текилы! — крикнула Ася.

Они говорили о том, о чём не говорят трезвыми. Марго — о Валере, о том, как он впервые поцеловал её в машине, как она испугалась, как они прятались от всего мира. Ася — о Денисе, о том, как он смотрит на неё, но, кажется, до сих пор не замечает. Ева — о Глебе, о том, как он изменился, о том, как она боится потерять его.

— А вообще, все парни придурки, — Марго взяла её за руку. — Они нас не заслуживают!

— Но ты же минуту назад другое говорила, — напомнила Ева.

— Я не помню, что я говорила, — подмигнула Марго. — Во мне столько текилы, что говорит уже она.

— Это точно, — усмехнулась Ева.

— А какой вообще сейчас час? — спросила Ася, и они все засмеялись.

Время летело незаметно. Часы показывали уже далеко за полночь, когда Марго, пошатываясь, достала телефон.

— Я звоню ему, — объявила она. — Сейчас. Прямо сейчас.

— Ты уверена? — спросила Ева.

— Нет, — Марго уже набирала номер. — Но я обещала.

— Чёрт, тогда мы тоже должны позвонить, — еле ворочая язык, объявила Ася.

— И что мы им скажем? — поинтересовалась Ева, пытаясь сосредоточиться на Асе, но в глазах всё расплывалось.

— Всё, что думаем, — уверенно ответила она.

Ева кивнула. И они все втроём набрали своим парням, мыча в трубку что-то нечленораздельное.

Через двадцать минут у входа в бар остановились две машины. Из первой вышел Глеб — растрёпанный, в спортивных штанах и футболке, которую он, видимо, натянул наспех. Из второй — Валера, такой же сонный, но с каким-то испуганным выражением на лице. Спустя пару минут к ним присоединился и Денис на такси.

Они увидели своих девушек, которые обнимались и не хотели прощаться.

— Так, понятно, — сказал Глеб, переглянувшись с Валерой.

Они подошли, синхронно закинули Марго и Еву на плечо и побрели к машинам. Денис, более скромно помог Асе сесть в такси.

— Ты меня убьёшь? — спросила Ева, болтая ногами.

— Нет, — ответил Глеб, усаживая её на заднее сиденье. — Но завтра ты сама захочешь умереть от головной боли.