— Ну… я тоже тебя могу… гладить… чтобы ты уснула снова… если хочешь.
Ева посмотрела её меня как на больного, даже ладонью коснулась моего лба.
— Заболел?
Я перехватил её ладонь и поцеловал, отчего она сразу покраснела.
— Это ты заболела, Ева, а я обещал о тебе заботится.
— Ну я подумала, что ты так просто сказал.
— Это не было просто… — я скользнул от её запястья к локтю, а потом к плечу, поглаживая.
Ева облизала губы. Невольно потянулся к ним. Она же вспыхнула, увернулась и странно заёрзала, отодвигаясь от меня.
— Тебе больно?
— Не-а, — покраснела.
— А что тогда?
— Мне просто… Уф! В туалет надо. Я всё это время терплю.
— И что молчишь?
— Ну стыдно, знаешь ли, просить тебя о таком…
Я подхватил её на руки и отнёс в санузел, где решительно стянул свои же штаны (с неё, конечно), усадил на унитаз, а сам сел на пол рядом, придерживая. Ева была такого цвета, примерно как борщ, который один раз мне варила.
— Уйди, я не могу так.
Я поцеловал её коленку.
— Брось, это всё такие мелочи. Давай уже. И я отнесу тебя обратно.
— Выйди, пожалуйста, мне не комфортно.
— А мне не комфортно оставлять тебя одну, ещё упадёшь и расшибёшь голову.
— Ничего я не расшибу! — возмутилась она и сразу зажмурилась, потому что под ней послышался звук льющейся воды. А я ведь даже не подумал об этом, заставил её терпеть. Предложил бы сам, она бы созналась.
— Вот умница, — похвалил её, чтобы перестала стесняться. Мне так хотелось, чтобы она вообще меня не стеснялась. Чтобы я ей был кем-то очень близким, кому можно довериться…
Поэтому когда вернулись в постель, тихо попросил, обнимая:
— Я никогда ни о ком не заботился, позволь мне заботится о тебе? Вдруг мне понравится? Начну помогать всем подряд. В стае меня будут звать добрый Эмир.
Ева хихикнула:
— Добрый?
— Ну да.
— А ты и так очень добрый, — прошептала она и чмокнула меня в щеку.
— Нет, Ева, но я стану таким, если ты хочешь. И можешь о чём угодно меня просить. Ты меня когда просишь… я себя чувствую нужным. Мне нравится быть тебе нужным. Да и больше-то я никому не нужен.
— Неправда! — горячо возразила она. — У тебя хорошая стая и семья, ты мог бы быть правой рукой аль…
— Тебе Эмин нравится? — перебил, не выдержав.
— Ну он… хороший.
— Он тебе как мужчина нравится, да? Ты всё время о нём говоришь, — я хмурился и пытался найти ответ в её растерянном лице.
— Я просто…
— Я не буду орать, если ты скажешь «да».
— Ага, так я тебе и поверила, — хмыкнула она, — плавали, знаем.
— Ева, я…
— Мне всегда только ты нравился, — перебила. — И больше никто. Ни разу. А Эмин… я не знаю, как это объяснить… Папа всегда как альфа только обижал мою волчицу, приказывал так, что ей было больно. Она боялась его очень. А Эмина нет. Хотя он тоже альфа. А мы с ней… мечтали, чтобы у нас тоже была своя стая… хорошая…
— Если бы «хороший» альфа позвал твою волчицу, как ты думаешь, она бы откликнулась? — не стал акцентировать внимание на том, что всегда ей нравился, хотя почувствовал себя так будто на меня медальку нацепили.
— Не знаю, — она пожала плечами.
— А если… я бы позвал? У меня тоже есть сила…
— Да, но ты же знаешь…
— Давай попробуем?
— Эмир, так нельзя. Твой брат очень добр, но…
— Я не позволю ему пробовать с тобой. Только я. Слышишь? Я хочу помочь. Очень. Я позову её… Хорошо?
Она растерянно кивнула. Но почти сразу остановила меня.
— Только не сейчас. Я хочу побыть с тобой спокойной. А если не получится, если окажется, что ты не прав, и её больше совсем нет, то я… снова начну плакать…
— Хорошо. Но толькомы будем пробовать. Вдвоём. Ладно?
— Ладно, — мягко ответила она.
И почему я раньше не видел, что она замечает мою неуверенность в себе, собственничество это? Вот сейчас же явно не согласна со мной, считает, что мне нельзя так поступать со своей стаей и братом (двух альф быть не может, а значит, если у нас получится, то нам придётся уйти), но не спорит. Неужели правда готова со мной только вдвоём остаться и создать только свою маленькую стаю?
Но сейчас мне предстояло подумать о другом. Ведь утром нас ждали в центре снежных барсов.
Глава 36 Вот это прием. Эмир
Глава 36 Вот это прием. Эмир