Я начала двигаться. Медленно, плавно, наслаждаясь каждым мгновением нашего слияния. Я поднималась и опускалась, скользя по нему, заставляя его тело содрогаться в такт моим движениям.
Мои распущенные волосы темным шатром укрывали нас обоих, создавая мир, где не существовало ничего, кроме нашего дыхания, скольжения влажной плоти и тихого шепота.
— Моя Императрица... моя жизнь... — слова срывались с его губ вместе с прерывистыми стонами. Его руки гладили мои бедра, живот, скользили вверх, к груди, лаская, доводя меня до исступления.
Я ускорила темп. Власть, которую он мне подарил, опьяняла. Я видела, как этот непобедимый воин, этот тиран, стискивает зубы, сгорая в огне страсти, полностью подчиненный моей воле. Ощущение его силы, бьющейся внутри меня, смешивалось с моей собственной властью над ним.
Жар становился невыносимым. Мое тело начало дрожать, внутри всё сжималось, готовясь к взрыву.
— Хэнъюй... я больше не могу... — выдохнула я, теряя ритм, срываясь на беспорядочные, отчаянные движения.
Его глаза вспыхнули. Контроль, который он удерживал так долго, наконец испарился.
Он перехватил мои бедра крепкой хваткой, приподнялся навстречу мне, и его толчки стали глубокими, быстрыми и жесткими. Он больше не сдерживался. Первобытный, собственнический инстинкт взял верх.
Мы двигались в бешеном, исступленном ритме. Алый шелк простыней сбился в комья, воздух в спальне стал густым от запаха сандала и нашего пота.
С каждым его толчком меня подбрасывало вверх. Я кричала его имя, не скрывая своего наслаждения, позволяя экстазу захлестнуть меня с головой. Ослепительная вспышка света разорвала мое сознание на тысячу осколков. Мои мышцы судорожно сжались вокруг него, вытягивая из него всё до последней капли.
Хэнъюй издал долгий, хриплый рык. Его тело напряглось до предела, и он излился в меня мощными, пульсирующими толчками, содрогаясь от абсолютной, всепоглощающей разрядки.
Обессиленная, я рухнула ему на грудь, тяжело втягивая ртом воздух.
Хэнъюй тут же обвил меня руками, прижимая к себе, зарываясь лицом в мои волосы. Его сердце колотилось в унисон с моим.
Мы лежали так долго, не произнося ни слова, восстанавливая дыхание, наслаждаясь абсолютным, безупречным покоем, который наступал только после такой сокрушительной бури.
Его пальцы нежно перебирали мои волосы, скользили по влажной от пота спине. Черный нефрит с символом волка лежал на моей груди, зажатый между нашими телами, холодный и твердый, как клятва, которую мы только что скрепили.
— Завтра утром, — тихо, но твердо произнес Хэнъюй, нарушая тишину спальни, — Цзян Чэнь отправится в поместье твоего отца с моим посланием. Мы начинаем очищать путь к трону.
Я приподняла голову и посмотрела в глаза человека, который ради меня разорвал ткань времени.
— Мы начнем с Ведомства Обрядов, — ответила я, и на моих губах заиграла ледяная, предвкушающая улыбка истинной правительницы. — Те, кто посмел плести интриги против нас, узнают, что значит гнев Дракона и его Императрицы.
Хэнъюй улыбнулся в ответ. В этой улыбке не было пощады ни для кого в этом мире, кроме меня. Мы были готовы выйти из Павильона Запертой Весны и превратить всю Империю в наше безраздельное владение.
Глава 30
Глава 30
POV Чжао Хэнъюй
Моя девочка спала.
Ее спокойное и тихое дыхание согревало мою грудь. Длинные темные ресницы отбрасывали тени на бледные щеки, а на губах, слегка припухших от моих поцелуев, застыло умиротворение. Черный нефрит с вырезанным волком — знак моей жизни и моей абсолютной покорности, лежал в ложбинке ее ключиц, поднимаясь и опускаясь в такт биению ее сердца.
Я лежал неподвижно, боясь пошевелиться, чтобы не нарушить этот хрупкий покой.
Впервые за две прожитые жизни внутри меня не было всепоглощающего страха. Тот ледяной ком, который сковывал мои меридианы каждый раз, когда я отводил от нее взгляд, наконец растаял. Моя девочка узнала мою самую страшную тайну, заглянула в бездну Диюя, увидела монстра, разорвавшего ткань времени, и не отвернулась. Она обняла этого монстра и назвала его своим.
Моя Шуан-эр. Моя жестокая, прекрасная Императрица, чей холодный ум оказался острее любого клинка.