Даю себе обещание, после замужества с Карлосом не оставлять девочек маркиза без присмотра. Пусть я и не гувернантка, но всё равно могу с ними заниматься, учитывая, что дон Густаво воспитывает их один, без матери, и это наверняка непросто. Мой отец, по крайней мере, не выдержал воспитания даже одной дочери и отправил меня к деду в Италию после смерти мамы.

Интересно, что случилось с женой сеньора де лос Велеса?

29 Глава

29 Глава

— Донья Клариса, примите лекарство! Это опасно для вас и ребёнка! Почему вы так безответственно относитесь к здоровью сейчас, когда ваше положение требует особого внимания?

Уже полчаса я лежу в каюте лицом в подушку и слушаю уговоры дона Густаво.

Три месяца плавания… Я так долго нахожусь в море и всё ради чего? Чтобы во время остановки фрегата узнать о случившейся беде.

Губернатор Кубы, герцог Альба, возвращаясь в Новый Свет на каравелле «Нуэстра Сеньора де ла Консепсьон» попал в плен к пиратам, и с тех пор никто не знает о его дальнейшей судьбе.

Это просто не может быть правдой. Всё шло так идеально…

Даже с маркизом де лос Велесом мы стали хорошими друзьями…

Он, умнейший человек, разбирающийся в людях. Не обладая большими средствами, дон Густаво, начал своё дело на Кубе и в короткое время стал баснословно богатым. Конечно же, не прошло и недели, как он понял, что я не та, за кого себя выдаю.

Моя речь, манера держаться, привычки и воспитание сразу подсказали ему, что перед ним знатная особа, а не гувернантка.

Мне пришлось раскрыть себя. Молчать не было смысла, учитывая, что мы плыли на корабле в Новый Свет.

К моему удивлению, маркиз спокойно воспринял мой рассказ и приставил ко мне одну из своих служанок. Смышлёная чернокожая девушка стала моей подругой на корабле, полном мужчин. Вместе мы занимаемся рукоделием, я учу её читать на испанском, а она рассказывает мне о далёких африканских землях, откуда её родителей привезли рабами на Кубу.

Помимо этого, мне нравится коротать время за книгами. В капитанской каюте «Санта Терезы» обнаружилась неплохая библиотека. Особенно меня увлекли книги по судоходству, а также истории про клады и пиратов. Больше я не стесняюсь говорить о кораблях, отличаю рею от мачты и даже умею вязать морские узлы.

И вот… Как гром среди ясного неба… Новости о том, что Карлос захвачен пиратами всего через несколько недель после отплытия из Кадиса.

Я отказываюсь в это верить. Он не может пропасть сейчас, когда я плыву к нему с нашим сыном в животе. Не верю, что судьба собирается подшутить над нами ещё раз.

— Клариса, открывай, хватит думать о том, чего мы не знаем наверняка. Возможно, это всего лишь сплетни и домыслы. Герцог Альба управляет твёрдой рукой и не раскланивается перед плантаторами. Многим это не нравится. Вот и сплетничают за спиной. Кроме того порты на пути «Флота Индий» — места, где всегда рады небылицам.

Дон Густаво пытается меня приободрить, и я благодарна ему, но сердце подсказывает — это не вымысел. Последние несколько недель мне было неспокойно, и я связывала моё волнение с беременностью. Теперь же стало ясно: я предчувствовала, что с Карлосом случилось несчастье.

Пираты… Я прочитала про них столько книг, что знаю: сострадание и доброта им неведомы. Зачем они взяли Карлоса в плен? Хотят требовать золото за жизнь губернатора Кубы? Или, может быть, они не знают кто он? А что, если его убили?

Стук в дверь не прекращается, и я нехотя встаю с постели.

— Наконец-то, я уже начал переживать! — Маркиз открывает дверь в мою каюту, едва я поворачиваю ключ в замке. — Как ты себя чувствуешь? С ребёнком всё в порядке?

Молча киваю и сажусь в удобное кресло-качалку. Маркиз встаёт напротив, внимательно вглядываясь в моё лицо, и я чувствую себя лотком со сладостями, который рассматривают дети.

— Не успокаивайте меня, дон Густаво, уверена, что всё это правда.

Маркиз вздыхает.

— Донья Клариса, сейчас нужно быть терпеливой и дождаться прибытия в порт. Если губернатор жив, мы вызволим его. Обменяем на серебро или оружие. Если бы он был мёртв, скорее всего мы бы это уже узнали.

— Да, вы правы, не буду думать о плохом. Ребёнку это не на пользу. Плыть осталось недолго, и мы узнаем наверняка, что случилось.

* * *