Князь симпатизировал к Михаилу всё больше. Если по началу он просто старался поверить, что Михаил сможет стать опорой его княжеству, стоявшему на грани, то теперь был твёрдо уверен, что это свой человек, на него можно положиться. И никакой он не засланный, как возникали мысли вначале. Если бы это был подсаженный шпион от другого рода, он не смог бы так вжиться в семью.

Остаётся вопрос про обучение поваров варить кофе, но может он и правда всё это сам придумал буквально на ходу? Чтобы вот так вот по-простому прийти на кухню, общаться с поварёнком, показывать, как правильно обжаривать зерно. Даже невозможно представить, чтобы высокородный с потенциально очень высоким пределом смог бы общаться с низшим сословием на равных, а у поварёнка создалось именно такое впечатление. Каменский знает, как человека разговорить, не используя силу.

Князь посмотрел на часы на стене. На них практически крупными буквами было написано «иди спать!», но спать категорически не хотелось. Одолевали мысли о том, что советник царя не оставит попыток завербовать Михаила в личную гвардию Иннокентия Двенадцатого. Скорее всего именно Яков Семёнович и нашептал об этом царю, стоя за его плечом. И по той же причине именно советник пригласил Михаила на собеседование на следующее утро. Не исключу, что он и подговорил кого-то имитировать нападение Михаила на одного из слуг с помощью магии ветра.

Раздался осторожный, но очень характерный стук в дверь, нашёлся ещё один неспящий, очень кстати. Только теперь он ждёт особого приглашения.

— Входи Борис Николаевич, — громко сказал князь и постарался сделать лицо посерьёзнее, словно он недоволен поздним визитом.

Дверь открылась, барон заглянул внутрь, и, убедившись, что в него не летит тяжёлое пресс-папье, вошёл и прикрыл за собой дверь.

— Да я вот шёл мимо и увидел свет под дверью вашего кабинета, — с улыбкой сказал Каменский, неторопливо следуя к излюбленному креслу. — Хотел вас поздравить с обретением второй ступени Дмитрием и Михаилом.

— Благодарю, — ответил Пожарский и снисходительно улыбнулся. — А ты видел сегодняшний урок по игре в шары?

— Всё как обычно, — с улыбкой ответил помощник. — Проходил мимо, видел.

— Ты умудряешься проходить мимо в нужном месте в нужный момент, — усмехнулся князь. — Это очень ценно. Ну так как твои впечатления?

— А как мои впечатления, ваше сиятельство? — слегка удивлённо переспросил барон, пожимая плечами. — Очень хорошо кидает. И у княжичей стало лучше получаться, даже Софья Фёдоровна в этот раз отличилась, чуть не сбив кошонет.

— Да это всё понятно, — махнул рукой князь. — Ты разговоры их слышал?

— Про то, как в деревне с детства играли в камни и снежки? — уточнил Каменский. — Слышал. Звучало очень убедительно.

— Как ты долго проходил мимо, — усмехнулся Пожарский. — За каким же кустом ты проходил, что я тебя даже не заметил?

— Профессиональная тайна, ваше сиятельство, — с довольной улыбкой ответил барон. — Раз вы не заметили, значит никто не заметил, а это именно то, что и требовалось. Зато я в курсе всего.

— Замечательно, так что ты думаешь о Михаиле? — решил уточнить князь. — Ну не похож он на человека из высшей знати, ну никак.

— В этом с вами соглашусь, ваше сиятельство, — уверенно кивнул Каменский. — Когда я его вёз из Хорошевки в Солнцеград, у меня не было ни малейших сомнений, что он крестьянский сын. Да и потом тоже, его слишком простецкие манеры, например, какой-нибудь подосланный княжич так просто не сможет.

— Вот-вот, — кивнул Фёдор Алексеевич. — Такую простоту и прямоту нелегко быстро наработать, когда ты с пелёнок видел совсем другое.