Через несколько минут мы уже идем. Раэль впереди, я между ними, Валериан справа и чуть ближе, чем нужно, будто одним этим положением тела уже пытается меня удержать. На связи Урих и группа, которая должна зайти к заложникам обходным путем. По коридорам тянется мертвенный свет, под ногами скрипят старые плиты, а тянущий след внутри меня становится все отчетливее.

— Чувствуешь? — спрашивает Валериан, не глядя на меня.

— Да.

— Куда?

Я закрываю глаза делаю шаг, два, и почти сразу понимаю.

— Вверх. Потом вправо. Как будто центр не в самом зале, а за ним.

— Совпадает, — говорит Урих. — Там как раз старая энергоячейка. Если он втыкает контур в рубец, логичнее всего делать это оттуда.

Мы выходим к новому проходу узкому, почти черному, скрытому между двумя рухнувшими сервисными арками. В нем тесно, низко и пахнет сыростью, хотя на станции вообще не должно пахнуть сыростью. Мне это не нравится сразу.

— Здесь когда-то был внешний уровень, — говорит Урих. — Потом его надстроили. Сейчас не спрашивай меня, что у них тут раньше было. Сам не хочу знать.

— Поздно, — тихо бормочу я.

Потому что чувствую. Снова. Под ногами. В воздухе. В стенах.

Мы пролезаем вперед медленно. Несколько раз приходится идти боком, пригибаться, перешагивать через кабели и старые крепления. Все это время внутри меня натянута одна тонкая нить. Она тянет вперед, и каждый шаг делает ее напряженнее.

Потом проход неожиданно кончается.

Перед нами широкий круглый зал, бывший когда-то явно не техническим. Слишком высокие своды, слишком странная геометрия, слишком много темных металлических балок уходящих в пол и стены. Станция действительно стоит не просто на старом секторе. Она вросла в что-то куда более древнее.

И именно здесь контур уже виден не только мне.

Он идет по полу сложным рисунком не ровными линиями, а будто трещинами света. Черно-золотыми. Живыми. За ними, дальше, за полупрозрачной взвесью воздуха, опять виден заложнический сектор. И фигура в балахоне тоже. Он стоит спокойно, почти неподвижно, будто не сомневался, что мы все равно доберемся именно сюда.

— Я уж начал думать, что вы передумали, — говорит он.

— Мечтай, — бросает Раэль.

Неизвестный даже не смотрит на него.

Все его внимание снова на мне.

— Подойди, Ольга. Здесь тебе не придется выбирать вслепую. Ты увидишь все.

— Я уже увидела достаточно.

— Нет. Пока только крошки.

Валериан делает шаг вперед, и я чувствую, как от него волной идет сила. Меньше, чем раньше, но все еще страшная.

— Если тебе нужна она, — говорит он, — вначале поговори со мной.

Неизвестный наконец поворачивает голову к нему.

— С тобой я и так слишком долго говорю, племянник.

От этого слова воздух между ними становится ледяным.

— Не называй меня так.

— Почему? Стыдно за кровь? Или за то, что твой отец убил мою сестру?

— Нет, — говорит Валериан совсем тихо. — Мне стыдно только за то, что в ней была и твоя кровь.

Я даже не успеваю понять, кто из них срывается первым. Просто в следующую секунду свет на полу взбесивается, Валериан бьет как я понимаю магической силой в центр контура, а неизвестный отвечает ему не ударом, а открытием контура .

Контур вспыхивает.

И я сразу понимаю: это было ловушкой.

Неизвестный не отбивает силу Валериана. Он принимает ее в себя. Втягивает. Переплавляет. Уводит куда-то вниз, в сам узор, в этот черно-золотой рисунок под ногами. Валериан резко бледнеет, пошатывается, но все равно не отступает. Наоборот, рвет контур дальше, как будто надеется пробить его до конца голой яростью.

— Нет! — кричу я.

Раэль уже хватает его за плечо, но поздно. Еще одна волна силы уходит в пол, и на этот раз я вижу это почти физически: будто из Валериана выдернули кусок.

Неизвестный смеется.

— Вот так, — произносит он почти счастливо. — Именно так. Как только прекратится жизнь вампира, их жизни будут следующими, и контур откроет проход.

Он кивает в сторону заложников.

У меня внутри все падает.

Раэль отпускает Валериана и бросается вперед сам, пытаясь обойти край рисунка, но его сразу встречает вспышка. Не удар, а глухая стена. Его отбрасывает назад так резко, что он едва удерживается на ногах.

— Не пройти! — рявкает он.

— Я вижу! — огрызается Урих на связи. — Я пытаюсь свернуть слой, но он уходит! Он не фиксирован! Он тут может пользоваться их магией, а мы нет.