– Бросьте, ваше сиятельство. Вам прекрасно известно, что шансы у девочек равны. Любая из них, став его ари, может как выжить, так и погибнуть.

– Но раз он неравнодушен к эсселин Сольвер, вероятность, что она примет его силу, возрастает.

– Не будет эсселин Сольвер, он увлечется любой другой невестой. Да хотя бы той, смазливенькой такой, на которую заглядывался раньше. Как ее там… Кроткая мышка. А, вспомнил! Рианнон.

– Зачем вы мне все это говорите?

Легким взмахом руки Игрэйт поманил опечаленную женщину за собой. Обогнув фонтан, одно из тех мраморных произведений искусства, что летом наполняли парк задорным журчаньем, вкрадчиво проговорил:

– Все очень просто, графиня. Мне нужна Фьярра. Вам – Скальде. Женатый на угодной вам алиане. Уж с вашей подачи малышка Рианнон сумеет разжечь в нем прежний интерес, а может, даже и страсть. Но для этого прежде следует убрать с его глаз эсселин Сольвер.

– Я не стану вам помогать, – отрезала Далива.

– Напрасно упорствуете, милая. Вы посвятили себя Герхильду, а что получили взамен? В лучшем случае, он сбагрит вас первому попавшемуся вассалу из какой-нибудь забытой богиней глубинки. И станете вы женой незнакомому человеку, будете доживать свой век в его замке, вдали от двора и столицы.

А может так случиться, что от вас попросту избавятся, заперев, как безымянную монашку, в уединенной обители, где вы до конца дней своих будете с утра до ночи читать молитвы. Поверьте, и не такое случалось с императорскими фаворитками, – зловеще усмехнулся Хентебесир, уверенный, что его красноречие найдет отклик в истерзанном ревностью и страхами сердце молодой женщины. – Но что более вероятно, вас посадят в карету и отправят домой, в Рассветное королевство. Думаете, вас там ждут? Много ли найдется магов, влиятельных людей с громкими титулами и именами (а на меньшее вы, полагаю, не согласны), которые захотят жениться на женщине, пусть и такой утонченной красавице, как вы, моя дорогая, но все же два года согревавшей постель другому?

– Вы забываетесь, князь! – вспыхнула д’Ольжи.

– Правда часто горчит. А порой бывает ядовитой. Но вы сильная и разумная женщина. Уверен, сумеете ее принять и попытаетесь изменить ваше будущее к лучшему.

– Я не сделаю ничего, что навредит Скальде.

– Ну вот, вы опять играете, – укоризненно покачал головой Хентебесир. – А ведь мы с вами не в театре. К чему все это жеманство? Мне прекрасно известно, чего вы желаете. Единственное, что вас заботит, это как бы и дальше блистать при Сумеречном дворе. Утереть нос придворным сплетницам и остаться фавориткой наследника, единственной и неповторимой. А в будущем стать любимой женщиной императора. Я же хочу жениться на княжне Лунной долины.

– Влюбились? – горько усмехнулась ее сиятельство.

– Влюбился, – согласился тальден, жестко закончив: – И сделаю ее своей. В ваших интересах оказать мне посильную помощь. Сейчас, пока кузен еще не привязался к ней окончательно.

Далива встала перед непростым выбором. Пожертвовать собой, своими надеждами и мечтами ради любимого мужчины, который так неожиданно от нее отвернулся, тем самым больно ранив? Или еще побороться за ледяное сердце Скальде Герхильда и за возможность быть с ним?

Ее сиятельство недолго мучилась сомнениями и чувством вины. Вскинув на тальдена взгляд, тихо спросила:

– Что вы намерены предпринять?

– Отвадить его великолепие от моей алианы в самое ближайшее время. А если точнее – на празднике Нового года. И вы мне в этом поможете, моя дорогая графиня.

Игрэйт довольно усмехнулся, предвкушая, как уже совсем скоро Фьярра перестанет быть невестой ненавистного кузена. И тогда ничто не помешает ему сделать ее своей.

Глава 30

С утра пораньше ко мне заявилась эссель Тьюлин с целым вагоном упреков и претензий. И еще с несколькими, совсем немаленькими, ими же забитыми тележками. По мнению свахи, вся вина за неподобающее отношение его великолепия к своей невесте, то бишь к бесстыжей мне, целиком и полностью ложилась на мои хрупкие плечи. Мол, нечего вести себя с наследником столь вызывающим образом, провоцировать его, цитируя придворную даму, на всякие глупости.