— Кощей, это уже не смешно, — сказала я, скрестив руки на груди. Я старалась говорить строго, но вышло скорее обиженно.

Он замер. Вся легкость мгновенно испарилась с его лица. Он сделал шаг ко мне, и его взгляд стал пристальным и серьезным.

— Кощей это прозвище, — тихо, но очень четко произнес он. — Меня зовут Казимир. Разве тебе отец не говорил?

Это имя — Казимир — прозвучало так же неожиданно, как если бы камень заговорил. Оно было красивым, человеческим, полным достоинства. Оно совершенно не подходило к образу кровожадного колдуна.

— Нет, — честно ответила я. — Ни слова.

— Странно, — он слегка нахмурился, будто пытаясь разгадать замысел моего отца, но затем махнул рукой. — Ладно. Сегодня отдохни. Осмотрись. У меня есть дела. А с завтрашнего дня, — его взгляд снова стал собранным и пронзительным, — Начнем твое обучение. Ведь ты за этим сюда приехала? Или… — он снова сделал паузу для драматического эффекта, и уголки его губ поползли вверх, — …или, как сказал твой друг Иван, я тебя все-таки похитил? Ну что, пойдешь в темницу добровольно? Или мне придется тащить тебя силой? — Он снова улыбнулся, и эта улыбка была одновременно и опасной, и очаровательной.

Мой мозг застопорился на одной фразе.

— Похитил? — переспросила я, чувствуя, как глупею.

— Да, — кивнул Казимир, словно сообщая о погоде. — Он уже собирается тебя спасать. Бряцает оружием, даже свою северную гвардию призвал. Очень трогательно. Настоящий герой, молодец.

У меня похолодело внутри. Иван. Горячий, импульсивный, не признающий полутонов Иван. Он не мог просто оставить все как есть.

— Я не знала… Мне нужно ему сказать, что меня не нужно спасать! Что я здесь по своей воле!

Казимир покачал головой, и его улыбка стала хитрой, почти волчьей.

— Зачем? — Он мягко пожал плечами. — Пусть прогуляется. Воздухом подышит. Вдруг что-нибудь интересное найдет в этих дремучих лесах. Может, мудрости наберется.

И, бросив на меня этот многозначительный, полный тайны взгляд, он развернулся и вышел, оставив меня одну в солнечной комнате с холодным чаем и вихрем противоречивых мыслей. Обучение? Иван? Прозвище? Я смотрела на дверь, в которую он исчез, и понимала, что оказалась в центре истории, которая была куда сложнее и страннее, чем любые сказки. И что мой «похититель», возможно, был единственным, кто говорил со мной правду. Даже если эта правда была замаскирована под колкость и сарказм.

Глава 6

Марья

Дверь за Казимиром закрылась с тихим, но окончательным щелчком. Я осталась одна в просторной солнечной комнате, и тишина, наступившая после его ухода, была оглушительной. Чувствовала я себя так, будто меня только что пронесли на крыльях урагана — все внутри перевернулось, закружилось, а потом меня аккуратно, почти нежно поставили на твердую землю, оставив в полном недоумении. Мои мысли метались, цепляясь за обрывки фраз: обучение... Иван с его гвардией... Казимир... Это имя, такое человеческое, такое земное, не укладывалось в образ вечного стража. А его шутки... колючие, загадочные, от которых я не понимала, смеяться мне или обижаться.

Бесшумно, как тень, к столу подошла Агафья. Звон фарфора, который она собирала, был единственным звуком, нарушающим тишину. Ее спокойное, привычное присутствие действовало на меня умиротворяюще, словно якорь, не дающий унестись в море тревожных догадок.

— Агафья, — тихо позвала я, не в силах больше держать вопросы в себе. — Скажи мне честно... Его правда зовут не Кощей? И эти... девушки? Он правда ни одну не похищал?

Она поставила одну чашку на другую с легким звоном и улыбнулась, ее взгляд уплыл куда-то вдаль, словно она перебирала в памяти старые, пожелтевшие от времени свитки.