— А я хорош, — усмехнулся я и тут же закашлялся, едва не выплюнув лёгкие.

Ну что за тело? У него будто аллергия на жизнь!

Вытерев губы, я посетил душ и рухнул на большую кровать, слегка попахивающую пылью и корвалолом.

Глава 13

Никакие запахи и посторонние звуки, вроде шума проносящихся за окном машин, не помешали проспать до самого утра.

Правда, пробуждение вышло не из приятных: тело болело, тянуло и поскрипывало. Даже весёлая физиономия солнца за окном не вызывала радости.

Более-менее я пришёл в себя, лишь когда спустился в лабораторию и выпил зелье жизни. Оно вдохнуло в меня новые силы, после чего я хряпнул зелье поднятия уровня. Дар подскочил с пятьдесят четвёртого до пятьдесят пятого.

— Неплохо, неплохо, — пробормотал я и поднялся на кухню, где уже колдовал у плиты Павел.

Он зевал и потирал помятую физиономию, но увидев меня, приветливо сказал:

— Доброе утро, дедушка! Как прошла ночь?

— Хреново. Ни над кем не подшутил, никому по физиономии не дал и даже не совратил ни одну рыжую прелестницу, — проворчал я и уселся за стол.

— А как здоровье? — поинтересовался внук, снимая с плиты сковороду с яичницей.

— Прекрасно. Заметил этот здоровый румянец, разлившийся по моим упругим щёчкам? — иронично ухмыльнулся я, почесал бледный морщинистый лоб, а потом добавил, глядя на яичницу: — А может, моя смерть в яйце, потому я и не помер? Ну, как в той сказке… там ещё был Кощей Бессмертный, утка, заяц и оргия в конце.

— Оргии там точно не было, — фыркнул Павел, налив мне кофе.

— Ты просто читал неинтересную версию.

— Дедушка, ты готов к ток-шоу? — сменил тему пухляш.

Он поставил передо мной яичницу и чашечку с тем, что в Бразилии назвали бы не кофе, а пылью с дорог, пролегающих рядом с кофейными плантациями.

Бурда бурдой, но за неимением чего-то другого пришлось пить это. Хотя я бы даже из цикория сварил напиток получше. Есть один алхимический рецептик.

— Ещё как готов! — ответил я. — Сейчас вот позавтракаю и поеду.

— Так рано же ещё! — удивился внук, усевшись за стол напротив. — До съёмок ещё несколько часов.

— Лучше рано, чем поздно. Знаю я этих телевизионщиков… Надо приехать пораньше, всё проконтролировать и разведать. Да и на моих оппонентов посмотреть стоит.

— Каких ещё оппонентов?

— Таких! Ты что, не понимаешь, что в таких ток-шоу главное — эмоции и склоки, а уж если дойдёт до драки, то вообще красота! Будут там те, кто начнёт провоцировать меня — вот те крест!

— М-да, жаль, что я не смогу сейчас с тобой поехать. Но на само ток-шоу точно приеду. Меня ведь тоже пригласили.

— А ты куда с утра пораньше собрался? Грехи отмаливать?

— Нужно к другу заехать, забрать кое-какие учебники. Учёба-то уже скоро начнётся.

— Какая-то неинтересная у тебя легенда. Или ты мне врёшь? Хотя нет, к сожалению, не врёшь, судя по твоим честным гляделкам. Только ты это… давай там поосторожнее.

— И ты, дедушка, тоже осторожнее будь. Никуда не суйся, а то я тебя знаю, — сказал Павел и хмуро добавил: — В последнее время много всякого страшного происходит. Люди говорят, что Лабиринт тому виной.

— Нет, это всё вышки 5G, — усмехнулся я, прекрасно зная, что люди в этом случае правильно говорят. — Если будешь настороже, то ничего с тобой и не случится. И вот ещё что… В нашей лаборатории остались зелья повышения уровня. Я их вчера сварил. Можешь ими пользоваться. Всё натуральное, домашнее, а не покупная химия.

— Спасибо, — улыбнулся Павел.

Оставшееся время завтрака мы проболтали ни о чём, а после этого я сам вызвал такси и поехал на набережную реки Фонтанки. Там в особняке и снимали ток-шоу.

Водитель оказался угрюмым усатым любителем новостей, что лились из хриплых динамиков автомагнитолы. Шофер то и дело переключал частоты, словно надеялся, что в другом месте ему скажут что-то кардинально новое.

Но я недооценил чуйку водителя. Что-то кардинально новое действительно сказали.

— Внимание, внимание! Жители и гости города, на Английской набережной возник блуждающий проход в Лабиринт! Все покиньте данный район! Угроза прорыва! Внимание, внимание…

— Любезный, маршрут перестроен. Едем на Английскую набережную.