Я пропустила укор мимо ушей, а в памяти действительно кое-что всколыхнулось. Самый первый вечер. Скудный ужин приносила девчонка болезненного вида, с огромными синяками под глазами. И больше я эту девчонку не видела.

Речь о ней?

– А что случилось? – мой новый вопрос. – Что за болезнь?

– Ох… – Зира вздохнула тяжелее прежнего. – Да кто ж его разберёт? Нервы, ела мало… Лекари говорят, что одно на другое, и вот.

– Насколько плохо?

– Та помирает, – с горечью сказала кухарка.

Я сопоставила все факты и задала новый вопрос:

– Это госпиталь для бедных?

– Так ясно, что не для богатых, – отозвалась Зира.

Ладно. Но что делать? У меня есть несколько монет и, если эти деньги способны спасти жизнь девочке, я отдам всё, до последнего медяка.

– Пойдём, – сказала я решительно. – Хочу посмотреть на Тижанну.

Я шагнула к двери, но Зира присоединилась не сразу. Замешкалась удивлённая такой реакцией.

Но догнала. Вместе мы миновали просторное, наполненное специфичными запахами помещение приёмного покоя. Тут были лавки, стойка регистрации и довольно много людей.

Когда шли мимо стойки, Зира кивнула медсёстрам и пояснила:

– Леди со мной.

Останавливать нас не стали.

Мы прошли дальше. Поднялись по лестнице и свернули в широкий, светлый коридор.

Учитывая, что госпиталь для бедных, я ожидала увидеть неприятную картину. Воображение рисовало неухоженность, переполненные палаты и нервных, хмурых врачей.

Но реальность оказалась гораздо лучше. Без изысков, но прилично. Даже очень прилично. И тут снова включился говорливый приёмник по имени Зира:

– Ох, как всё-таки хорошо, что правящий род построил этот госпиталь. Раньше-то как было? Там, на южной окраине столицы… Едешь туда, едешь… полдня едешь! А тут – и близко, и снадобья, и лекари…

До палаты мы шли минуты две. За это время я успела узнать, что всей медициной для бедных занимается империя. И что правящий род вносит особый вклад, что многое под их особым контролем. В процессе своего рассказа-излияния Зира успела благословить правящих, лично императора и лорда Дрэйка раз сто.

Я, конечно, оценила и прониклась каким-никаким, но уважением. Дальше была палата человек на тридцать и понимание, что я угадала. Тижанка – та самая девчонка и есть.

Ей было лет четырнадцать. Сейчас она лежала на кровати и выглядела просто ужасно. Самое неприятное – девчонка находилась в бессознательном состоянии, а рядом стоял долговязый лекарь.

Услышав шаги, он обернулся и спросил, обращаясь к Зире:

– Вы вернулись?

– Так… Вот. Хозяйку привела.

Я удостоилась ну очень нехорошего взгляда. Меня пусть безмолвно, но обвинили во всём, что происходило сейчас с пациенткой.

– Здравствуйте. – Я кивнула мужчине. – Как она?

Глупый вопрос, понимаю.

– Без шансов.

Я не ожидала. Вот просто не ожидала. Сильно растерялась и не сразу смогла сформулировать:

– А можно сделать хоть что-то? Какие-то дополнительные лекарства? Обследования? Специалисты?

На меня посмотрели ещё неодобрительней, словно спрашиваю какую-то муть.

Но мутью вопрос и был…

– Вы простите, – неожиданно встряла Зира. – Наша хозяйка… она забывчивая. Сама недавно болела. Сильно болела.

Лекарь не смягчился, но всё-таки ответил:

– У нас лучшие специалисты и лучшие снадобья. Наш госпиталь отличается от частных только бедностью интерьеров.

– Мм-м…

– Мы сделали всё, – перебивая мою новую реплику, продолжил он. – Девушка была слишком истощена, совокупность факторов спровоцировала состояние, которое не лечится. Сделать что-либо невозможно.

– А магия? – не пожелала отступить я.

Теперь я удостоилась взгляда после которого, должно быть, отправляют в психушку.

– А чем, по-вашему, мы лечим тяжёлых?

Ну как бы всё. Шах и мат.

Я вздохнула, а лекарь отошёл от постели. Видимо решил, что делать здесь уже нечего.

Покидая нас, сказал:

– Можете проститься. До утра пациентка не доживёт.

В глазах Зиры проступили слёзы, а я испытала смешанные чувства. Понимала, что ответственность на Рэйдсах. Сознавала, что я сама присоединилась ко всей этой истории позже, но это “позже” как будто не отменяло вины.

Я была виновата хотя бы в том, что вспомнила об этой девчонке только сейчас.

А ещё был лорд Бертран, правящие, которые не оказали наследнице обнищавшего рода помощь, и все остальные.