Она не успевает ответить — язык Шея делает что-то невероятное, и её выгибает дугой, перед глазами взрываются звёзды. Первый оргазм накрывает внезапно, мощно, заставляя кричать в голос, выкрикивая что-то бессвязное.

Шей отрывается от неё, облизывая губы. Его подбородок блестит от её соков, и это зрелище добивает Астру окончательно.

— Какая вкусная, — довольно тянет он, поднимаясь выше. — Рэй, она готова. Перегрелась.

Рэй кивает, и они меняются местами каким-то отточенным, синхронным движением. Теперь Шей нависает сверху, целует её в живот, спускается к лобку, а Рэй садится у изголовья, притягивая голову Астры к себе.

— Открой рот, — приказывает он.

Астра смотрит на его член вблизи. Он огромный, венозный, с тёмной головкой, на которой уже выступила капля смазки. Пахнет мужчиной, возбуждением, чем-то первобытным. Она никогда не делала этого раньше, по крайней мере — вот так, по приказу, под взглядом.

Но тело помнит, что она уже их. Что отказа нет.

Она открывает рот.

Рэй направляет член, вводит медленно, давая привыкнуть. Головка скользит по языку, упирается в нёбо, заполняет рот почти полностью. Астра давится, пытается отстраниться, но его рука на затылке держит крепко.

— Дыши носом, — командует он. — Расслабь горло. Ты справишься.

Она учится принимать его. Втягивает щёки, пытается работать языком, как показывали в тех редких порно, что она смотрела украдкой. Рэй довольно выдыхает, и это поощрение разливается теплом внизу живота.

В тот же момент Шей входит в неё пальцами. Сначала один, потом два. Он двигает ими внутри, растягивая, подготавливая, нащупывая ту самую точку, от которой ноги сводит судорогой.

— Какая узкая, — его голос хриплый, сбитый. — Рэй, ты чувствуешь? Она течёт, сосёт мои пальцы, как будто уже молит о большем.

— Дай ей то, о чём молит, — отвечает Рэй, и его член во рту Астры вздрагивает.

Шей убирает пальцы, и Астра чувствует, как головка его члена касается входа. Медленно, дразняще, он водит ею по складкам, собирая смазку, дразня клитор. Астра мычит, пытаясь то ли попросить, то ли застонать, но рот занят.

И тогда Шей входит. Резко, на всю длину, одним движением.

Мир взрывается. Астра чувствует, как растягивается, наполняется, принимает его всего. Он толстый, немного тоньше Рэя, но длиннее, достаёт куда-то глубоко, до самого нутра. Она кричит, но крик уходит в член Рэя, который в этот момент толкается глубже в горло.

Она в ловушке. Полной, абсолютной ловушке наслаждения.

Шей начинает двигаться. Медленно сначала, давая привыкнуть, потом быстрее. Каждый его толчок отдаётся во всём теле, заставляет сжиматься внутренними мышцами, втягивать его глубже. Рэй задаёт темп, двигая бёдрами в такт, заставляя её рот работать ритмично, как в порнофильмах, которые она смотрела.

Синхронность. Два мужчины, два члена, два ритма, слитых в один. Её трахают снизу, и она сама трахает ртом сверху. Она вся — сплошное отверстие, принимающее, отдающее, ублажающее. И это унижение оказывается самым сладким, что она испытывала в жизни.

Слюна течёт по подбородку, смешивается с её соками на бёдрах Шея, с потом на груди. Комната наполняется звуками: влажное чавканье, шлепки тел, стоны, всхлипы, тяжёлое дыхание.

— Смотри на меня, — приказывает Шей, и она с трудом фокусирует взгляд на его лице. Он двигается в ней, глядя прямо в глаза, и эта интимность бьёт сильнее любого толчка. — Ты моя. Ты наша. Запомни это.

Рэй ускоряется, и Астра чувствует, как член в её рту набухает, пульсирует. Он близко. Она понимает, что должна принять всё, что он даст, не поперхнуться, не отстраниться.

— Глотай, — приказывает он, и в тот же момент горячая, густая струя ударяет в горло.

Она давится, но глотает, чувствуя солоноватый вкус спермы, текущей по пищеводу. Рэй выходит изо рта, и последние капли падают ей на грудь, на губы.

Шей удваивает усилия. Он трахает её жёстче, глубже, почти грубо. Астра уже на грани второго оргазма, она сжимает его внутри, моля о разрядке.

— Кончи для нас, — шепчет он. — Давай, малышка, покажи, как тебе хорошо.

И она кончает. С криком, с содроганием всего тела, сжимая его член так сильно, что он стонет сквозь зубы. Её выгибает дугой, мир гаснет, остаются только ощущения — жар, наполненность, пульсация.