В прошлом я много раз рисковала собой, смерть буквально ходила за мной по пятам. Но эта магия, расследование и то, что случилось с несчастной Лили.. Это было слишком. До сих пор не знаю, как умудрилась не рухнуть в обморок прямо в хранилище.

— Пойдёмте в карету, — Леон подхватил меня под руку, поддерживая и одновременно увлекая за собой.

Я не сопротивлялась. Даже не стала напоминать о несуществующих поручениях королевы. Хотя на самом деле очень хотела заехать куда-нибудь и перекусить.

Тайно, как обычный, никому неизвестный посетитель. Без принца и толпы шпионов..

Леон распахнул двери кареты.

Интересно, куда подевался Каин? Забираясь внутрь, я бегло осмотрелась, но, похоже, принц скрылся в своём экипаже не прощаясь. Странный он и очень мутный. Но думать об этом не было ни сил, ни желания.

Я устроилась поудобнее, обложившись подушками и замотавшись в китель, словно в плед. От него уютно пахло дымными специями и кофе. Я сама не заметила, как закрыла глаза, проваливаясь в дремоту.

Даже Лиса куда-то отчалила, оставив меня совсем одну.. Карета неожиданно качнулась и я полетела вперёд, но вместо встречи с полом оказалась в кольце горячих рук.

— Осторожно! — бархатный голос дракона раздался у самого уха.

Меня подхватили как куклу и бережно усадили рядом.

Спасибо, что не на колени. Этого я бы точно не пережила.

— Обопрись на меня и отдохни, — предложил Леон, осторожно обнимая меня за талию и прижимая к себе.

Хотела возразить и отстраниться, но рядом с ним было так тепло, а карету так коварно раскачивало, что я наплевала на этикет и согласилась, уютно устроив голову на его плече.

Между нами повисла тишина. Такая хрупкая и нежная, что разрушать её словами казалось преступлением.

Так странно.. С Леоном было сложно говорить, а вот молчать оказалось волшебно.

Я слушала его дыхание под мерный стук колёс. Наслаждалась терпким, смолистым ароматом и жаром его тела..

Мне было так хорошо. После неудачного брака я совсем забыла, каково это — опереться на сильное мужское плечо и молчать. Не просить о помощи, не жаловаться, а просто знать, что тебе помогут и защитят.

Без лишних слов и обещаний, не требуя ничего взамен и не выставляя условий.

— Спасибо, что помог со щитами, — сонно пробормотала.

Настоящая Альтис почувствовала бы вмешательство, а для меня это отличный шанс поблагодарить Леона и хоть немного растопить лёд между нами.

Впрочем, сейчас он совершенно не ощущался. Невидимая стена из холода и былых обид исчезла, словно её никогда и не было.

Ещё одна странность.. Ладно я, мне Леон ещё в книге понравился, и у меня не было ни единой причины ненавидеть его. Мне было больно, когда приходилось надевать маску Реджины, грубить ему и отпускать двусмысленные намёки, лишь бы меня не раскусили.

Меня тошнило от образа Альтис, поэтому с тем же Алонзо я поначалу чувствовала себя комфортнее. Их с духом не связывало общее прошлое, мне не нужно было так сильно вживаться в роль. Я могла хоть немного, но оставаться собой.

А Леон.. Мне приходилось следить за каждым словом, движением и даже вздохом. Но я всё равно не испытывала неприязни. А вот его штормило.

Я чувствовала его злость и даже брезгливость по отношению к настоящей Реджине. Он пытался держать себя в руках, но эмоции всё равно пробивались сквозь щиты. Я слышала их как свои собственные. Но в этом водовороте застарелых обид вспыхивало и нечто необычное.

Совершенно новые чувства, которые он не мог испытывать к Альтис. Поначалу это пугало. Я боялась, что меня рассекретят. А сейчас..

— Я же говорил, что ты всегда можешь рассчитывать на меня, — хрипло отозвался Леон.

— Говорил.. — повторила, и снова повисла тишина.

Он хотел что-то сказать, но не решался. Сомневался, как и я.

А я просто очень устала.. Хотелось поддаться мимолётной слабости и во всём признаться, но я понимала, что это безумие.

Сейчас он защищает не меня, незнакомку-попаданку с Земли, а свою ученицу. Пусть и бывшую. Их связывает слишком многое, такие отношения невозможно стереть из памяти и вконецразрушить.

Возможно, у Леона когда-то были чувства к Реджине, иначе никак не объяснить, почему он так быстро изменил своё отношение к ней.

Мне нельзя признаваться, это не спасение, а всего лишь иллюзия. Словно мираж в пустыне, за которым скрываются зыбучие пески..