Ким задыхалась, наслаждение было острым и болезненным, ей до боли хотелось, чтобы все закончилось и в то же время хотелось, чтобы это не кончалось, потому что тогда она умрет от стыда за себя перед самой собой. Это было какое-то наваждение, но такое сладкое, что не было сил остановиться. Ким все глубже погружалась в свою фантазию, она уже не контролировала себя, она теряла голову. Как безумная она двигалась навстречу ему, слизывала капельки пота с его кожи, прикусывая ее, ногти впивались в спину, оставляя на ней багровые следы. Она раскинула ноги, как можно шире, чтобы он вошел в нее глубже, задевая неведомую точку, вызывая в ней ураган невероятнейших эмоций и дикого удовольствия, пока она не разлетелась на тысячу маленьких кусочков, содрогаясь всем телом от невыносимого наслаждения. Через несколько мгновений мужчину тоже настиг оргазм, и по его телу пробежала дрожь, когда же его перестало трясти, он скатился с нее и нежно чмокнул в щеку. Ким же едва переводила дыхание, возвращаясь в реальность, которой она до ужаса страшилась.

— Это был невероятный секс, Ким, я не думал, что в тебе скрывается такая перчинка. — восхищенно прошептал Дэвид, привлекая ее к себе.

— Ты еще многого обо мне не знаешь! — ответила она, поворачиваясь к нему спиной.

Ким зажмурилась, прогоняя остатки дурмана. Теперь она четко осознавала, что с ней произошло нечто, выходящее за пределы разумного, нечто, создающее очень много проблем. Потому что, она, только что, мысленно, занималась сексом с Маркусом Беркетом, и это был — лучший секс в ее жизни.

Боже, да что же с ней происходит?! Еще месяц назад она не выносила этого мужчину, но надо признать, что уже тогда она оценила его притягательность и красоту. Но ведь она не извращенка какая-то, чтобы представлять во время секса, на месте своего партнера, другого мужчину, лишь потому, что он — привлекателен. Да, за это время ее отношение к нему претерпело серьезные изменения. Он больше не казался ей монстром, и она, как не поразительно, но всеми силами старалась оправдать его перед своими внутренними убеждениями.

В течение месяца они виделись лишь пару раз, но их беседа всегда была в рамках интервью. После похорон Маркус больше не открывал перед ней душу, но видимо, для нее одного раза было достаточно, чтобы почувствовать к нему что-то такое, чему она не могла найти объяснения. Теперь она знала, что это — глубокий человек с очень тяжелой судьбой, с горьким опытом, с твердой позицией в жизни, с грубыми, а порой жестокими, но верными убеждениями. Мужчина, прошедший через ад, мужчина, убивший человека, но при этом, она не боялась его, он не был ей омерзителен, более того — она даже не вспоминала обо всем этом, а теперь еще и переспала с ним на ментальном уровне. Конечно, можно было успокоить себя тем, что он, в свое время, был секс-символом, поэтому представлять такого мужчину в эротических грезах, вполне нормально. Возможно, но не тогда, когда ты работаешь с этим мужчиной, не тогда, когда он открывает тебе свою душу. В этом случае он перестает быть просто секс-символом, он становится чем-то большим, вот только она никак не могла понять — чем? Ким долго думала об этом, ее шокировала реакция собственного тела на вторжение Маркуса Беркета в ее мысли, она искала оправдания, но их не было и это убивало. Всю ночь она терзала себя, пытаясь разобраться в себе, но все объяснения попадали в категорию нельзя, стыдно, безнравственно.

Когда Ким оторвалась от своих размышлений, Дэвид давно спал, она решила последовать его примеру, а не заморачиваться бестолковыми вопросами, ответы на которые все равно не будут играть никакого значения. После этого решения, уснула она на удивление быстро.

Утро встретило ее трелью телефона, девушка резко подскочила с кровати, тупо озираясь по сторонам. Она редко ночевала у Дэвида, а потому сейчас была дезориентирована. Ким долго искала сумочку, Дэвид тоже проснулся и недовольно наблюдал за ее поисками, от чего Ким стало неловко. Наконец, источник шума был найден, и она сразу же забыла о Дэвиде.

— Эй, эльф, где тебя носит? — услышала она бодрый голос Колина.

— Колин?

— Ким, ты что, спала что ли? — удивленно спросил он.

— Ну, да. — растерянно ответила Ким, собирая по комнате свои вещи.