Ни от кого не укрылось, с какой грустью он говорил о маме. Но отец быстро сменил тему. Осмотрев Алиру, он всплеснул в ладони.

– Боги, Вардар! Почему твоя жена в лохмотьях и что вообще… – он наконец поднял голову и увидел развалины на горе.

– Это долгая история, – робко произнесла жена и прильнула ко мне. – Давайте проследуем к форту, там все расскажем и даже покажем.

А когда его величество согласно кивнул, она с явной претензией зашептала мне на ухо: – Ты сын короля!

– Внебрачный, – уточнил я. – И это ничего не значит. Я не претендую на престол.

– Угу! Но мне-то мог сказать! Какие еще секреты? А мама у тебя кто? Дочь богини?

Когда я вместо ответа дал Дрону знак размять залеченные крылья и поохотиться, она охнула.

– Правда?

– Амина – божественное создание, – ответил вместо меня отец. Все же услышал. – В тот же день, когда встретил ее, я был готов отречься от короны и весь мир положить к ее ногам. Мы любили друг друга, и в этом союзе родился Вардар. Я вдовствовал и по закону мог жениться на Амине. Вот только она состояла в священном непоколебимом союзе с лордом западных земель. Жрецы отказались расторгнуть брак. И Асиль встала на их строну. Она забрала у меня Амину. Забрала к себе и отправила в другой мир. Не прошло ни дня, чтобы я не молился твоей матери и не просил ее вернуть Амину домой. Но Асиль молчит. Я надеялся, она появится на твоем брачном ритуале, увидит, каким славным магом стал Вардар, и вернет ему мать. Богиня увидела. Но Амину нам так и не вернула.

Алира смотрела на меня, не отрывая глаз, даже споткнулась пару раз.

– Ты внук Асиль, – пробормотала она наконец.

– Мы не родственники в буквальном смысле, – напомнил я, с трудом сдерживая смешок. – Дочери богини создаются из божественного света, а я родился естественным путем.

– Меня не это волнует, – отмахнулась Алира. – А то, что она заставила тебя страдать. Своего родного внука.

Вместо меня ответил отец. То, что говорил мне на протяжении долгих лет.

– Все мы дети Асиль, Алира. Все равны перед ней. Ведь так и были созданы сильнейшие маги Альторы. Поначалу магия была лишь у драконов. Но Асиль послала свое божественное дитя, подарив ему пять своих даров. Девочка выросла, вышла замуж, создала потомство. Каждый из ее детей был одаренным. А после и их дети. Так божественная магия передавалась из поколения в поколение. И вскоре сильнейшие маги объединились, чтобы править королевством и сражаться с драконами, если этот день настанет.

– Ну, уже не настанет! – гордо заявила жена. И когда король послал ей вопросительный взгляд, погладила меня по руке и заявила: – Вардар сегодня раскрыл тайный заговор, предотвратил мировую войну, в одиночку убил десятерых драконов, в том числе королевского. И все до обеда.

И улыбнулась его величеству едва ли не до ушей. Отец поджал губы, свел брови на переносице и еще раз осмотрел меня с ног до головы. Нет, ну если это так представить, то да… Я, дракону в трещину, крут! Но мы с Алирой прекрасно знали, кому всем обязаны.

Махнув на меня рукой, король продолжил идти к горе.

– А, это ему раз плюнуть. У него и не такие недоразумения случались. – А после снова обернулся и кивнул. – Кстати, а шрама-то нет больше. Так и знал, что ты его пририсовывал, чтобы местных запугивать.

Я хохотнул и покачал головой. А вот Алира залилась своим божественным хохотом.

– А ты говорил, ссылка! – упрекнула она. – Все же мудрый у нас король. Лучшего воина оберегать Альтору отправил.

Теперь, пожалуй, я видел смысл в решении отца растить меня подальше от двора, а после отправить сюда практически в одиночку. С Алирой вся жизнь виделась иначе. В красках.

Глава 19

Алира

Время близилось к вечеру. Маги соорудили стол и лавки из уцелевших бревен, Мира приготовила первоклассную уху из пойманной Дроном рыбы, а служащие короля разбили походный шатер, в котором все мы благополучно уместились. Даже Дрона взяли, предварительно уменьшив. И если поначалу жители форта с ужасом смотрели на стражей и перешептывались, ожидая как минимум казни, то после радушного приветствия короля и благодарности за труд и верную службу на благо королевства, многие расслабились и обрели надежду, что сегодня их таки не повесят и даже накормят.