Я мельком глянул на Икору. Она вызвалась стеречь Атли, пока тот в очередной раз потерял сознание. Хорошо, что хоть дойти ему хватило сил, и даже тащить не пришлось. Правда, головой он все же сильно ударился. Даже собственного имени не вспомнил. Но это пока. Вскоре он восстановится и признается в сговоре с драконами, уж я позабочусь. А пока я сооружу для него надежную клетку и слетаю в город, чтобы вызвать его величество. Нужно решить, как быть дальше с драконами. У них больше нет сильного предводителя, но идея истребить магов осталась. А значит, горы нельзя оставлять без присмотра. Тем более, Алира и не горит желанием. А я… Мой дом там, где моя женщина. Пришлось повисеть на волоске от смерти, чтобы понять это.

– А еще, конечно, хозяйственные помещения, стойла, сараи… О! Дрону гнездо соорудим прямо на башне замка!

– К слову о Дроне, – напомнил я и развернул жену сторону поля. Мой дракон все еще лежал там, пытаясь зализать рану на сломанном крыле. Рядом с ним спал Белый. – Ему нужна твоя помощь.

– Ох, несчастная тварь, – взволновано вскрикнула Алира, чем и привлекла внимание животных. Белый тут же навострил уши и, подняв морду, узрел нас. – Беляшик! Дронище!

Алира вырвалась из моих объятий и побежала по тропе вниз. Пес мгновенно сорвался с места и полетел к ней. Удивительно, что и дракон тоже медленно пополз, жалобно скуля. Совсем расклеились твари. Вот что женщина делает с мужчиной!

– Мамочка идет к вам! – закричала она, и Белый громко залаял. Меня насторожило то, что он остановился и развернулся в обратную сторону. А когда я проследил за его взглядом, тоже побежал вниз. Только ведьме успел бросить через плечо:

– Следи за Атли. У нас гости.

Мне оставалось лишь надеяться, что под флагом королевской гвардии к нам направлялись не самозванцы. Хотя после чудо исцеления я чувствовал себя настолько хорошо, что и с целой армией наемников управился бы в два счета. Кажется, Алира усилила мою магию в несколько раз.

– Как только исцелишь Дрона, улетайте, – крикнул я ей.

– Без тебя – никуда, – заупрямилась она. И даже взгляды больше на нее не действовали. Я бросил попытки упрашивать упрямицу, ведь прекрасно знал, что действительно не улетит. Вместо этого схватился за меч и пошел встречать наездников.

Чем ближе они подбирались, тем сильнее крепла моя вера в то, что сам король почтил нас своим присутствием. Уж больно знакомыми были лица его верных стражей, а еще любимую карету его величества не спутать ни с какой другой. Очень яркая.

Мы с Белым отошли на приличное расстояние от Алиры и Дрона и подождали, когда семеро всадников и карета остановятся. Я кивнул Реору, личному телохранителю короля, после чего он слез с лошади и подошел к карете.

– Его величество король Альторы – Маар Асгрим, – отрапортил он и открыл дверцу.

Его величество ничуть не изменился с тех пор, как я видел его около месяца назад. Все та же короткая темная борода, яркие голубые глаза, густые брови и ярко-синий костюм, подчеркивающий его благородный статус. Он редко улыбался, но мне всегда «везло».

– Сын! – воскликнул он, как только спустился на землю.

Отпустив меч, я пошел в его раскрытые объятия. Без них никак, хотя я сто раз просил его оставить все эти радушные приветствия. Угу. Попробуй поспорить с королем.

– Что с тобой произошло? – спросил он, придирчиво меня осмотрев.

Устало вздохнув, я описал все одной фразой:

– Трудный день, отец.

И тут же напрягся, услышав за спиной вопросительно-любопытный голос.

– Папа?

Обернулся. Алира сразу за мной, как будто пришита невидимыми нитками.

– Это что же, я еще и принцесса? – с восторгом произнесла она, жадно разглядывая короля.

Он смотрел на нее так же – с неприкрытым восторгом.

– Это она? – спросил он, не глядя на меня. Кивнул.

– Моя жена. Алира, – представил я королю. – Дочь богини.

Его величество подошел к моей присевшей в реверансе красавице и без лишних церемоний обнял ее, как свою. Признаться, было приятно.

– Как она похожа на твою мать, – заявил он.

Устало вздохнув, я покачал головой.

– Ничуть не похожа, – заворчал тихо. Хотя, если честно, маму я смутно помнил. Но не могут же все дочери богини быть на одно лицо.

– А я тебе говорю, Вардар, очень похожа! Только у Амины глаза и волосы светлее. И улыбка другая.