Костя ничего не ответил. Марина почувствовала, как ее боевой задор испаряется, сменяясь сожалением и растущей паникой. О боже, что она натворила? Как можно было забыться и так повести себя… Да еще на его территории! Сейчас он как взбеленится, схватит ее за шиворот и выкинет, нахрен, из квартиры, выбросив ее вещи вдогонку.

Нервно сглотнув, Марина посмотрела на Костика. И в растерянности застыла, встретив его смеющийся взгляд.

– Да-а, – проговорил он, покачивая головой. – Это называется «проехался по больному месту и получил качественную обратку». Молодец, Маринка, блистательно отстрелялась, – он расхохотался.

– Костя! – Марина посмотрела на него с растущей тревогой. – Что с тобой? У тебя нервный смех? Скажи честно, ты сильно на меня обиделся?!

– Успокойся, Марин, все в порядке. И я совсем не обиделся! На что обижаться? Ведь сам, по большому счету, виноват. Нафиг я стал с тобой спорить из-за чужих людей?! – он снова рассмеялся.

Марина рассмеялась следом. Потом положила на кресло сумочку, которую все еще держала в руках, и подошла к Костику.

– Пожалуйста, извини меня за эту дурацкую комедию с телефонным разговором, – смущенно проговорила она. – Это было… ужасно некрасиво!

– И ты меня тоже извини, – в его голосе зазвучало волнение. – Только сегодня утром я обещал быть с тобой осторожным и чутким, и вот… – он виновато вздохнул.

Марина посмотрела на него с ласковой улыбкой:

– Мы не можем за один день измениться – ни ты, ни я. Да и стоит ли? Ведь все равно…

Она замолчала, почувствовав, как сердце болезненно сжимается. Две недели… О господи, как это мало! Даже думать противно о том, что так скоро возвращаться домой. Что ее ждет там, какие приятные сюрпризы?!

– Так! – Костя притворно нахмурился. – Маринка, с тобой просто сладу нет. Только что была такая воинственная, и вдруг – опять депрессирует и грустит. Чего загрустила, что такое случилось?! – он притянул ее к себе и легонько встряхнул. – Сейчас опять положу на колени и отшлепаю. Ну-ка, давай улыбайся, пока я не исполнил угрозу!

Рассмеявшись, Марина уткнулась лицом в его грудь. Костя тотчас обнял ее и пылко поцеловал.

– Скажи, что не сердишься, – он заглянул ей в глаза. – И не держишь на меня обиды.

– Не держу, – сказала она. – Только… Неужели ты правда считаешь, что я способна отыграться на тебе за причиненные мужем обиды?

– Нет. Марин, я сказал это сгоряча! И я знаю, что ты не такая.

– А такие тебе попадались?

– У меня не было отношений с такими. Но вообще, эту черту я подмечал у многих – стремление отыграться за счет неповинных людей.

Марина на секунду задумалась.

– Ты знаешь, а я тоже подмечала. Даже у неплохих людей. Откуда это идет?

– От психотравм, связанных с унижением и обидами. Когда отплатить обидчику невозможно, и справиться с обидой тоже не получается. Вот она и выплескивается на кого-то совсем постороннего.

Марина посмотрела на Костю с изумлением:

– Да, это так. Об этом и психологи пишут. Но ты меня сейчас поразил. Не ожидала…

Она прикусила язык, но было уже поздно. Он понял, что она хотела сказать: что не ожидала от него рассуждений на такие серьезные темы.

– Что замолчала? Договаривай, раз уж начала! Чего ты не ожидала?

Костя окинул ее грозным взглядом и вдруг рассмеялся.

– Маринка, умоляю, не смотри на меня так испуганно. Помнишь, что я сказал утром? Я не допущу, чтобы мы снова рассорились. А поэтому я прощаю тебе… очередной намек на мой недалекий интеллект!

Он подхватил ее под ягодицы и приподнял от пола. Покружил чуть-чуть, поставил обратно и принялся страстно целовать.

– Костя, я… – Марина хотела извиниться за свою бестактность, но он смерил ее таким взглядом, что она замолкла.

– Все, хватит разговоров. Снимай лучше платье поскорей!

Он повернул ее спиной к себе, расстегнул «молнию» на платье и осторожно стянул его с Марины. Обнял ее сзади, лаская обнаженные грудки и целуя в шею. Приспустил трусики, поглаживая ягодицы и «киску», потом стянул их совсем. Повернул Марину лицом к себе и подхватил на руки. Прошел с ней в прихожую, остановился перед большим зеркалом.

– Посмотри на себя, – велел он дразнящим шепотом. – И увидишь себя такой, какой вижу тебя сейчас я…

Марина повернулась к зеркалу. И тотчас отвернулась, вспыхнув по самые уши.