Понимая, что рассказа не будет, вздыхает. Он лучше всех знает последствия моего коктейля из везения, помноженного на периодическую рассеянность. Я слышала все возможные оттенки слова “аккуратно” в его исполнении. Вот и сейчас будет лекция по технике безопасности Симы.

— Сима, нельзя же так, надо ак…

Он продолжает, а я не слышу. Всё ещё чувствую пальцы на шее, запах парфюма, дыхание. Это почему-то воскрешает в памяти не образ того чужого Тима, который предал всё, что нам было дорого, а другого — близкого и нужного, который всё ещё снится. По нему я безбожно соскучилась. Чёрт, ехать сюда было большой ошибкой.

Зная моё свойство зависать в мыслях, муж привлекает внимание лёгким касанием:

— Сим, вернись. Давай к главному. Ты съехала? — требовательно смотрит в глаза. Зрачки поглотили радужку, одна блестящая чёрная глубина. Не тонуть. Не тонуть.

— Да, поживу у Лады. Откуда знаешь?

— Неважно, — отрезает.

Потом неохотно объясняет:

— Хотел поговорить. Заезжал… Два раза. Не застал тебя.

— Хотел? Говори.

Подбирает слова, изучая моё лицо. Видимо, пытаясь прочитать, что там в голове. Бесполезно, я и сама не очень в курсе последние дни, поэтому давай, дорогой муж, вещай уже, как есть.

— Там квартира, машина…, — Тим смягчает свой низкий голос.

И меня осеняет, что у нас же ещё мой мини был куплен в кредит. То есть теперь у меня. До конца этого года.

— Так вот, всё останется как раньше, — он имеет в виду, что деньги по кредитам и дальше будут списываться с него, — не надо никуда съезжать. Живи дома, Сим?

Нервно дёргаю кулиску на парке и машу головой из стороны в сторону.

— Не обсуждается, — я так хорошо знаю этот тон, дальше дискуссия бесполезна.

Очередной порыв ветра заставляет слезиться глаза. Я не понимаю, как он представляет себе “всё как раньше”, без него? Вообще ничего не понимаю. Разворачиваюсь и быстрым шагом покидаю поле боя. В другой раз поговорим.

Окрик в спину:

— Сима!

Ускоряюсь.

Ещё один:

— Сима, съёмка.

Точно! Девочки ждут.

Разворот на сто восемьдесят градусов и быстро пробежать мимо мужа, пряча в капюшоне мокрые щёки.

Глава 26

Закрываюсь в санузле башни, открываю кран и подставляю руки под воду. Спрашиваю саму себя в зеркало, что могло между нами так глобально сломаться, если семь лет мы отлично понимали друг друга без слов, а теперь даже со словами не выходит?

Хотя нет, на первом настоящем свидании мы говорили об отношениях. И много.

После того как с Тима смыли аквагрим, я ожидала самое романтическое свидание в мире — столько обещания было в его глазах, но мы приехали в паб пить пиво. Говорила же, что у Тима свои представления о романтике?

Небольшой уютный зал со старой кирпичной кладкой и сводчатыми потолками, деревянная мебель, светлое нефильтрованное и много слов ни о чём и обо всём одновременно. Как будто те долгие телефонные разговоры были с совсем другим человеком. И ты каждый раз с удивлением понимаешь, что знаешь ответ на вопрос, который хочешь задать — вы это уже обсуждали.

Как бы мы ни горели во время съёмки, Тим не тронул меня и пальцем, но разговор то и дело уползал на опасную территорию, а слова приобретали прекрасную двусмысленность. Слегка пьяненькая Сима вовсю улыбалась и кокетничала, наслаждалась бархатом низкого голоса и грелась в лучах мужского внимания.

Когда обычные анкетные любишь — не любишь вновь свернули в сторону чувств, речь зашла об измене. Не знаю, как вышло, что я смело изложила свою версию этого явления. И только в конце мысленно ойкнула, а потом в ожидании реакции Тима успела раз тридцать пожалеть, что разоткровенничалась о личном.

Мои представления о том, как всё должно быть устроено между близкими людьми, до сих пор надёжно охраняли покой моего сердца. Лада ворчала, что с такими запросами моё счастье сможет составить только какой-нибудь рыжий кот. Тим стал исключением. Это было какое-то наваждение, потому что рядом с ним я не задумывалась вообще ни о чём, просто кайфовала от процесса.

— Что для тебя измена Сим-Сим?

— О не-е-ет, это сложно, — хитро поглядываю на него поверх кружки.

— Расскажи, мне правда интересно, — набирает фисташек в ладонь и чистит в блюдце.