– Откровенно говоря, я устал от беспутной жизни. – Он помолчал немного, дав ей, время обдумать услышанное, после чего добавил: – В моем решении не было ничего героического. Я рос, не зная никаких ограничений, с сознанием своей избранности и получил наследство, будучи молодым. Мои родители, путешествуя за границей, заболели лихорадкой и умерли, едва мне исполнился двадцать один год. Мне досталось огромное состояние, с которым я, честно говоря, не знал, что делать. Моими наивысшими достижениями были победы в картах или на скачках. Долгое время я чувствовал… – Лусиан помолчал, словно подыскивая верное слово. – Чувствовал, что во мне чего-то не хватает. Я почти ничего не знал о том, что происходит в Европе. Впрочем, мне это было неинтересно. И вот шесть лет назад мой лучший друг был убит в морской баталии; сражаясь с французами. И его смерть заставила меня понять, что в жизни есть проблемы важнее, чем у какого портного заказывать фрак или куда сходить вечером развлечься…

Бринн поразило то, что муж делился с ней самым сокровенным. Возможно, она должна была благодарить за эту исповедь темноту или то перемирие, что они заключили, но, как бы там ни было, Лусиан только что поведал ей о чем-то глубоко личном.

Она в тишине осмысливала сказанное им.

Скоро экипаж подкатил к особняку Уиклиффов, и Бринн ощутила беспокойство совсем иного рода. До сих пор все шло совсем неплохо – вечер выдался на удивление приятным, но что готовит ей ночь? И если конкретно, намеревался ли Лусиан наведаться к ней в спальню и заявить на нее свои права супруга?

Сердце ее учащенно билось, когда она об руку с мужем вошла в дом. Но в точности как тогда, в их первую брачную ночь, Лусиана ждал посетитель.

Узнав от дворецкого о том, что мистер Бартон ждет его в кабинете, Лусиан послал жене взгляд, в котором она прочла, что в это время суток с хорошими новостями визитеры не приходят.

– Прости, дорогая, но я должен с ним поговорить. Бринн улыбнулась ему в ответ.

– Конечно, – тихо ответила она.

Уиклифф направился в свой кабинет. Филипп Бартон при его появлении немедленно поднялся со стула.

– Сожалею о том, что помешал вам, милорд, но я знал, что вы захотите узнать о том, что все украденное золото уже переправлено во Францию. Больше в этом сомнений нет. Оно в Болони.

Лусиан еле слышно выругался.

– Откуда его отправили во Францию?

– Об этом ничего не известно, ибо след неожиданно оборвался. Словно золото растворилось в воздухе.

– Как может целый воз золотых слитков просто взять и исчезнуть? – Лусиан понимал, что вопрос риторический.

– Возможно, партию разделили на несколько частей. Как бы там ни было, мои люди потеряли след. Мне очень жаль, милорд.

Лусиан сжал зубы, стараясь справиться с яростью.

– Ты не виноват, Филипп.

– Скорее всего, это работа лорда Калибана.

– Его видели?

– Нет, не в этот раз. Я подумал, что вы, возможно, захотите поехать во Францию, чтобы провести расследование на месте.

Лусиан молчал, взвешивая все за и против. У него руки чесались самому схватить Калибана, но ему отчаянно не хотелось уезжать из Англии. Он не мог оставить Бринн в Лондоне одну после того, как лед между ними только-только начал таять. Как бы там ни было, сейчас золото, скорее всего уже в казне Наполеона. И Филиппа отправлять во Францию не было смысла. Изворотливого Калибана уже, верно, и след простыл.

И в то же время там, во Франции, возможно, им, наконец, повезет напасть на след неуловимого Калибана, узнать о нем что-то конкретное.

– Нет, – ответил Лусиан, – сейчас я во Францию не поеду. Но я бы хотел, чтобы ты поехал вместо меня, Филипп.

– Я, милорд?

– Это шанс, один из немногих шансов найти Калибана. Мы не можем упустить возможность узнать о нем что-то существенное. Сейчас даже крохи информации на вес золота. А я не могу уехать из Лондона.

– А-а, понимаю. Вы думаете, что вполне возможно, Калибан и не уезжал во Францию. Возможно, он просто оставил золото заботам своих подручных. – Бартон нахмурился. – Руки опускаются, как подумаешь, что он может быть совсем рядом. И у нас под носом творит свои черные дела. А мы ничего не можем с ним сделать.

– Ты прав, – сказал Лусиан и с мрачным видом кивнул. – Поэтому я подумываю о том, не сменить ли нам направление поисков. Может, пора начать его искать прямо здесь.