Я был поражен и сумел лишь пролепетать:

— Как же я люблю тебя… — что было довольно глупо, поэтому мне пришлось добавить: — Твой… э-э-э… энтузиазм.

Я не хотел вляпаться еще больше, поэтому обнял ее и крепко поцеловал. Достаточно крепко, чтобы она растаяла в моих руках и, будем надеяться, забыла мою оплошность. А я? Я был готов вырезать из себя кишки и снести их мяснику, чтобы он порубил их в фарш и скормил цепным псам: поверьте, ничего более идиотского в своей жизни не произносил. Вот только непривычное томление где-то в самой глубине сердца свидетельствовало: я сказал правду.

Ну что за фигня?..

Отклонившись, я посмотрел ей в глаза — очередная тупость! — и как будто провалился в пропасть. Ощущение казалось очень правдоподобным. И это было неправильно. Совсем. Я был слаб, и она поставила меня на колени.

Две недели. Какие-то две ничего не значащие недели непонятным образом оказались очень, очень значащими.

Проклятье!

* * *

Наконец мы приехали домой, в целости и сохранности. Если смотреть со стороны, конечно… В душе у меня творилось черт знает что. И теперь сильнее, чем когда-либо, мне хотелось узнать о Дилейн все, все до последнего слова. И первое, что мне нужно было знать, — почему она вообще оказалась в таком положении. Начиная эти отношения, я убедил себя: личные дела не имеют значения. Но Полли, как всегда, оказалась права. Лейни из хороших девочек, хоть иногда и ведет себя, как настоящая стерва.

После обеда я ушел в кабинет и довольно долго мерил его шагами, обдумывая дальнейшие действия. Конечно, проще всего было дождаться ответа от Шермана, но я больше не мог терпеть, взял трубку и сам позвонил ему. Да, дожидаясь, пока он ответит, успел сгрызть половину ногтей.

— Шерман, — ответил он после третьего звонка.

— Это Кроуфорд. У вас есть что-нибудь для меня? — спросил я, сомневаясь, что действительно хочу знать ответ.

— Я буквально только что узнал все необходимое и собирался вам позвонить завтра с утра — не хотел беспокоить, — сказал он. — Так что вы желаете знать?

— Все.

12 ИГРА НА РОЯЛЕ

Ной

— Что ж, тогда начнем, — ответил Шерман.

Я услышал, как он, листая бумаги, откинулся на спинку кресла. Господь всемогущий, неужели я через пару минут узнаю все о таинственной Дилейн Талбот?

Но вдруг раздался робкий стук в дверь, после чего она распахнулась и на пороге появилась Дилейн в очень соблазнительной позе: руки подняты над головой, изогнутая спина упирается в дверной косяк, одна нога согнута в колене, мокрые волосы отброшены за плечи. Она была в черных закрытых туфлях на высоком каблуке, на запястье — браслет с моим фамильным гербом, на шее — один из моих черных галстуков. И все…

— Прости. Я тебя отвлекаю? — чувственно проворковала Дилейн. Соблазнительно проведя пальцем по галстуку, лежавшему в ложбинке между умопомрачительными грудьми, она с невинным видом добавила: — Я могу уйти, если хочешь.

Сердце едва не выпрыгнуло у меня из груди, а нижняя челюсть, наверное, отвисла чуть ли не до пола. Она была похотливой сучкой, порнозвездой… богиней.

Мой «парнишка» за какую-то миллисекунду налился кровью и уперся в ширинку штанов, внезапно ставших слишком узкими. Мне даже подумалось, что этот бравый солдат собрался пробить дыру в ткани, чтобы самому поглазеть на чудо, стоявшее у двери. Это, конечно, было невозможно… Или возможно? Я начинал понимать: с Дилейн возможно все.

— Кроуфорд? — откуда-то издалека донесся неразборчивый голос Шермана.

Но внимание мое было полностью сосредоточено на моей малышке за два миллиона, тело этой искусительницы заставило меня забыть об остальных желаниях. Она — единственное, что в ту минуту имело значение. Все остальное поблекло, превратившись в ничто.

— Я была в д уше, и… горячая вода так приятно била в кожу, что я вспомнила о том, как твое тело прижималось к моему, как ты прикасался ко мне пальцами… языком… — Дилейн, закрыв глаза, наклонила голову, одна ее рука прошлась по обнаженному горлу, вторая скользнула между ног, и она вздохнула. — Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.

— Алло! Кроуфорд, вы меня слышите?

Я помотал головой, отгоняя окутавший мысли туман, прокашлялся и заставил себя оторвать от нее взгляд.

— Э-э-э, да… Мне нужно кое-чем заняться. Позвоните завтра утром.