Дорожка из волос, ведущая от пупка до сокрытых ниже чудес. Не оторвать глаз! А чудеса — это исполинская выпуклость под двумя слоями ткани.

Двойной агент Киска демонстративно сложила на груди руки и с гордо поднятой головой отвернулась. Смотреть на Чудочлена или даже просто признавать его присутствие она отказывалась.

— Доброе утро, Дилейн, — сказал он, приглаживая волосы своими порнографическими пальцами.

— Доброе утро, Чудочлен. То есть Ной.

Он удивленно поднял глаза, а потом направил босые стопы в мою сторону. Чем ближе он подходил, тем дальше я отодвигалась, пока не уткнулась задницей в раковину. Он остановился передо мной, уперся руками в стойку раковины по обеим сторонам от меня, а потом наклонил голову и с удовольствием поцеловал.

Двойной агент Киска чуть повернула голову и посмотрела на него через плечо, но быстро отвернулась, вспомнив, что все еще сердится.

У его губ был вкус ментоловой свежести, я серьезно задумалась, не пососать ли его язык, но тогда у него сложилось бы впечатление, что я жду его внимания. О, я-то знала, что и вправду жду. Но он-то этого не знал, и я не торопилась сообщать ему об этом.

Поцелуй он завершил, смачно чмокнув мою нижнюю губу, потом нырнул к шее и прильнул ко мне торсом. Исполинская выпуклость прижалась к моему телу, и сопротивление Киски дрогнуло. Сильные руки обвились вокруг моей талии, Ной прижал меня к себе, не переставая похотливо тискать и мять мою плоть. У меня перед губами оказалась его шея с соблазнительно натянутыми сухожилиями. Я ничего не могла с собой поделать. Я должна была попробовать его на вкус.

— Ты пытаешься оставить на мне отметку, Дилейн? — произнес его хрипловатый голос у меня над ухом.

Не обращая внимания на тихий смешок Ноя, я впилась зубами в его кожу. Ему, похоже, это понравилось — он вжался в меня так, что между нашими телами не осталось даже микрона свободного пространства. Голова его откинулась назад и набок, открывая моему влажному жадному рту еще больше восхитительной плоти, и я, не тратя времени, приступила к пиршеству. Мои пальцы сомкнулись на его длинных прядях и не слишком нежно потянули. Я почувствовала привкус крови, выступившей на поверхности кожи, и от этого впала в какое-то неистовство.

Впившись ногтями в кожу его головы, я принялась царапать нежную плоть. Я целовала и сосала его кожу все сильнее и сильнее, наслаждаясь ее соленым вкусом, но мне все было мало. Наверное, в прошлой жизни я была вампиршей. Уж очень отчетливо мне представилось, как клыки входят в его шею и как я начинаю наслаждаться его кровью.

— Хватит! — наконец рявкнул он, отодвинулся и вырвался из моих объятий.

Мы оба тяжело дышали, а я все еще ощущала его вкус во рту. И мне не стыдно признаться, что я тихонько заскулила. Мне отказали в возможности воплотить в жизнь маленькие вампирские фантазии. Но потом глаза остановились на его шее, и двойной агент Киска залилась довольным смехом.

На шее Ноя Кроуфорда красовался идеальный, просто-таки образцовый засос. Безупречная кожа уже начала приобретать чудесный багровый цвет и вспухать.

Ной окинул меня взглядом, и уголок его рта растянула ехидная усмешка. Потом он поднял руку и провел длинным пальцем по моей щеке, с удовольствием глядя на мою вздымающуюся грудь.

— Я позволил оставить на мне знак только потому, что позже собираюсь оставить знак на тебе. — Тыльная сторона его ладони скользнула по моей груди. — Но это не простой засос на шее. Все будут знать, что ты принадлежишь мне.

По спине у меня пробежал холодок, кожа покрылась пупырышками. Взгляд Ноя опустился на мои соски, и он с удовольствием вздохнул, увидев, как сильно меня возбудили его слова.

— Неплохо, — сказал он, покрутив один комок между пальцами. — Ты без лифчика?

Я подняла на него глаза и переплела на груди руки. Но он развел их и приблизился на шаг.

— Ну-ка, посмотрим поближе.

Руки его скользнули под нижний край моей рубашки и медленно поползли вверх по животу и ребрам, пока не добрались до беззащитных грудей. Он накрыл их ладонями и сжал пальцами затвердевшие соски.

— Мне нравится. Так намного проще этим заниматься. — Он наклонился, взял один сосок в рот и сжал губами, потом оказал такое же внимание второму.