Я не нашла Ноя ни в кабинете, ни в кухне. Мне показалось, что в комнате отдыха был включен телевизор. Я пошла на звук и осторожно просунула голову в дверь.

Ной в расстегнутой до пупа рубашке сидел, развалившись, в одном из театральных кресел. Никогда еще не видела я его таким расслабленным. Пытаясь привлечь его внимание, я кашлянула.

Он повернул ко мне голову. Хоть и ожидала увидеть недовольную мину, судя по его выражению, он скорее ждал меня, чтобы снова впасть в скверное настроение.

— Прости меня, — чуть слышно выдохнула я: непросто извиняться перед человеком, который купил меня, чтобы сделать секс-рабыней.

Ной, вздохнув, похлопал себя по колену.

— Иди сюда, посиди со мной немного.

Я вошла в комнату и уселась на его ногу, положив руку ему на плечо.

— Я тоже прошу прощения, — сказал он, примирительно поглаживая меня по бедру. — Я не подумал. Просто решил, что это белье тебе понравится, и, если честно, мне очень хотелось тебя в нем увидеть.

— Жалею, что сожгла его, — не очень уверенно пробормотала я.

— Не нужно. Тебе было обидно, и я понимаю, почему ты это сделала, — усмехнулся он. — Ты маленькая мегера, знаешь? Честно сказать, это даже заводит. Особенно когда ты назвала меня своим мужчиной.

Вот черт! Я такое сказала?

— И что такого? На следующие два года ты мой мужчина. — Я пожала плечами и переключила внимание на телевизор. Шла очередная серия очередного сериала про вампиров. — Нравится мне этот фильм… Есть в вампирах что-то такое… сексуальное, запретное.

Он рассмеялся.

— Да ну? Что же в них такого сексуального?

Я снова посмотрела на экран — вампир со своей вампирской скоростью трахал какую-то человеческую девицу, привязанную в вертикальном положении за руки и за ноги.

— Вот почему, — ответила я, кивнув на экран.

Надо сказать, меня начал возбуждать вид голой задницы вампира и то, как он колотил несчастную девушку, которая, кажется, не жаловалась.

— Я знал, что не ошибся в тебе. Ты тоже любишь пожестче, верно? — спросил Ной, проведя рукой вверх по моему бедру, и прижался лицом к груди. Он сквозь ткань взял зубами один сосок и осторожно сдавил его. — Хочешь, чтобы я тоже? — продолжил Ной, водя кончиком носа по бутону. — Хочешь, чтобы я отодрал тебя, как этот вампир свою девку?

Да, пожалуйста.

— Я могу, Дилейн.

Я сделала судорожный вдох, и он посмотрел на меня из-под длинных ресниц.

— Подними рубашку, милая, — произнес хрипловатым голосом.

Двойной агент Киска встала по стойке смирно.

Я медленно выполнила его приказание, и в кои-то веки меня это ничуть не задело. Он издал стон, от которого Киска, задрожав, растаяла. Его губы коснулись левого соска, а рука приблизилась к лону. Язык несколько раз медленно обвел возбужденный бутон, а потом Ной сжал его зубами. Я почувствовала, как горячее дыхание разлилось по моей коже — он удовлетворенно выдохнул. Потом с соском во рту немного отклонился, вытягивая грудь, и отпустил, глядя, как она вернулась на место.

Тут у меня между ног начался потоп, настоящий Ниагарский водопад…

Ной наклонил голову и начал покрывать чувственными поцелуями линию моего подбородка, пока не добрался до уха.

— У меня для тебя кое-что есть, — шепнул он. Когда я, отстранившись, нахмурилась, он поспешил объяснить: — Я выбрал это специально для тебя, клянусь. Никогда ни одной другой женщине ничего такого не дарил.

— Хорошо… — настороженно произнесла я.

Он завел руку за спину, достал небольшую черную коробочку, обвязанную узкой изумрудной ленточкой, и поставил ее мне на бедро.

— Открой, — сказал Ной, когда я воззрилась на нее, не зная, что и думать.

Вздохнув, я взяла коробку и потянула за конец ленточки. Потом подняла крышку. Тут-то у меня челюсть и отвисла. В коробке лежал серебряный браслет с овалом, украшенным отделанным бриллиантами изображением оленя. Прямо под ним был флаг со словом «Кроуфорд», тоже инкрустированный крошечными сияющими бриллиантами. От такой красоты у меня перехватило дыхание.

Ной взял из моих пальцев браслет и надел его мне на правое запястье.

— Это герб моей семьи, — сказал он, пожав плечами. — Теперь всем будет понятно, что ты принадлежишь мне. Я хочу, чтобы ты носила его постоянно.

— Это слишком дорогая вещь, — покачала я головой.