Пройдя в обеденный зал, Уорнер и лорд Уэльс извинились за свое опоздание. Все тут же приступили к трапезе, и хотя у Паркера полностью пропал аппетит, он из чувства приличия также взялся за приборы. Все еще не в состоянии успокоиться Уорнер не видел перед собой никого кроме лорда Уэльса, и наличие в руках столового ножа заставляло его придумывать все новые и новые способы проучить этого самодовольного болвана, который посмел… «А что собственно он посмел? Мартиника, так или иначе, должна будет выйти замуж, чтобы сохранить свое состояние. Но, черт возьми, только не за Уэльса!!! И не за Ландмана!!! И тем более не за Базеля! О, Боже… Я вообще не хочу, чтоб она за кого-то выходила замуж!!!»

Паркер украдкой бросил взгляд на хозяйку поместья и встретился с любопытным взором небесно-серых глаз. От этого на душе у мужчины сразу потеплело, и мрачные мысли отступили назад. Ключ от двери, разделяющие их спальни, все еще был у него. Более того, он и не собирался возвращать его хозяйке: из-за желания иметь к ней доступ в любую минуту, пока еще есть такая возможность.

Еще в день приезда, Уорнер, бросив взгляд на вдову Сомерсета, отметил ее привлекательность и молодость, высокая стройная фигура и смуглая кожа привлекли его внимание с первого взгляда. Паркер даже не понял, что перед ним стоит сама хозяйка Шератона, посчитав, что это кто-либо из родственников, гостивших в данный момент в поместье. До него доходили слухи о подробностях женитьбы герцога, но он ожидал увидеть привлекательную женщину слегка под сорок, а никак не молодую особу взрывного темперамента, к которой уместнее было бы обращаться как к девице, нежели как к вдове.

О характере вдовствующей герцогини он судил не из сплетен, ему достаточно было увидеть огонь, который всполохнул у нее в глазах, добавив в них стального оттенка, стоило только услышать о приезде гостей. Уорнер считал, что внешность лорда Уэльса, должна будет примирить хозяйку с нежелательным визитом, тот неизменно пользовался у дам с опытом успехом, но, похоже, у девушки было иное мнение.

Его позабавил случай, подсмотренный случайно по дороге к завтраку: вдовствующая герцогиня что-то шепчет на ухо только что приехавшему виконту Ландману, после чего тот мрачнеет в лице. Тогда Уорнер почувствовал: если у молодой вдовы появится намерение выбросить их из поместья, никакие правила приличия ее не остановят.

Он старался как можно реже попадаться на глаза другим гостям, и, тем более хозяйке. Целью его приезда было скрыться из Лондона, поскольку его персона стала слишком бросаться в глаза. Уорнер Паркер должен исчезнуть на какое-то время, дать обществу переключить свое внимание на другие личности, после чего можно будет спокойно возвратиться назад в столицу.

Гуляя по поместью, Паркер то и дело видел издалека Мартинику, которая постоянно курсировала между конюшней, загоном для скота, складскими помещениями и пашней, а за ней мелкими шажками семенили лорд Базель и управляющий, которому на ходу раздавались указания. Сидя, незамеченный никем, в тени деревьев он искренне забавлялся этой картиной.

Так вот почему вместо ожидаемого запустения, Шератон раскрыл свои объятия без какого-либо намека на финансовые трудности. Молодая супруга герцога все это время сама занималась делами. Что ж, это заслуживает уважения!

Уорнер был проницательным человеком, и истинный смысл приезда лорда Уэльса в поместье ему был понятен сразу, лишь нюансы завещания ему были неизвестны. Но София и Маргарита, не обделявшие его вниманием с первых дней пребывания в поместье, раскрыли все подробности, даже те, которыми Уорнер не интересовался:

— Бедняжка Мартиника!.. Должна обручиться в течении трех месяцев… Не старше тридцати пяти… Тогда получит и Шератон, и паи, и акции… Вот поэтому-то наш кузен и приехал сюда… Он когда-то ухаживал за вдовствующей герцогиней, еще до ее замужества… Ваш друг, наверное, тоже хочет получить наследство… А вас, что же, не интересует такая большая сумма денег?.. — щебетали они вразнобой.