— Паркер, я счастлива, что и ты получил удовольствие со мною. Продолжись это дольше, мне пришлось бы, как и вчера, прервать тебя. Я еще не полностью готова к жизни умудренной опытом куртизанки, — улыбнулась ему в ответ Мартиника.

— Ты была рождена дарить удовольствие, не думай даже, что могло быть иначе, — вдохновенно сказал он.

Незаметно для себя любовники задремали, разбудил их настойчивый стук в соседние с комнатой хозяйки двери.

— Паркер, вы здесь? — раздался громогласный голос лорда Уэльса. Спросонья Мартиника решила, что барабанят в ее собственные двери, и вскочила с постели в одну секунду.

— Не беспокойся, он стучится в мою дверь. Я ее запер, и поскольку никто ему не ответит — то лорд Уэльс отправиться на поиски дальше, — раздался сонный голос Уорнера, и он, потянувшись, присел к ней поближе и обнял:

— Как ты себя чувствуешь?

— Как пойманная на горячем преступница, — ответила ему Мартиника, — Который час?

— Скоро время обеда, но в нашем распоряжении как минимум пара часов, чтобы побыть вдвоем еще немного.

Голова Мартиники кружилась, сердце билось в учащенном темпе, но присутствие мужчины рядом ее не беспокоило, а наоборот, успокаивало и рождало в душе неясные надежды.

Глава 20

Расположение духа мистера Уорнера было как никогда приподнятым. Каким-то получасом ранее он покинул спальню Мартиники и, насвистывая себе под нос простенький мотив, спускался в столовую. По пути его перехватил лорд Уэльс:

— А вот и вы, мой дорогой друг! Пройдемте со мной, хочу переброситься с вами парой слов наедине.

— Хорошо, Уэльс. Главное не слишком долго, потому как мы опоздаем к обеду, а это будет не слишком вежливо с нашей стороны.

Пройдя в гостиную, Колин переминаясь с ноги на ногу, обратился к Паркеру с просьбой, которую тот никак не ожидал услышать:

— Уорнер, за то время что мы с вами общаемся, мое мнение о вас претерпевало ряд метаморфоз. Вначале мне казалось — вы истинный книжный червь, лишенный каких-либо приличных интересов. Но постепенно узнавая вас ближе, я понял, насколько этот образ не вяжется с вашим увлечением кулачным боем и тем, как мастерски вы соблазняете мало приступных женщин.

Видя, что Паркер смотрит на него в ожидании, Колин продолжил:

— Я, признаться, никогда не испытывал недостатка в женском внимании. Но в основном это были дамы, которые не обладали особо строгими моральными принципами. Но, сейчас, оказавшись в несколько двойственном положении, я хотел бы спросить вашего совета…

Не успел он договорить, как Уорнер перебил его с непроницаемым лицом, хотя внутри него клокотал гнев и ярость:

— Дорогой друг, уж не хотите ли вы, чтоб я помог соблазнить вдовствующую герцогиню?

Паркер еле сдерживался, чтобы не накинуться на своего друга с кулаками. Трудом неимоверных усилий он сохранял невозмутимое выражение лица, мысленно представляя, какие удары нанес бы противнику первыми.

На щеках у Колина заиграл едва заметный румянец, но он быстро пришел в себя от замешательства:

— В общем-то… Да! Я был бы признателен за ваш совет или за возможность подыграть мне… Видите ли, я в тупике… Паркер, помогите мне! Раньше мне не приходилось прилагать никаких усилий — все происходило само собой. Я не особенно красноречив, зато знаю, что у меня много других талантов. Однако, пока что ее светлость не торопиться их оценить…

Уорнер сглотнул слюну и попытался взять себя в руки. «Веди себя в рамках приличий! Своим неосмотрительным поведением ты можешь навлечь на Мартинику подозрения».

— Мой дорогой друг, безусловно, мне приятно ваше мнение обо мне, как о дамском обольстителе. Но боюсь, я не смогу вам ни чем помочь — вдовствующая герцогиня сама в состоянии разобраться на кого ей стоит обратить внимание. Ее светлость достаточно независима и умна, потому не думаю, что этой даме может пустить пыль в глаза даже такой опытный ловелас как вы. Что касается, упомянутых вами побед — это была чистая случайность: страсть не чужда никому из смертных. Буду благодарен, если вы не будете упоминать об этом, поскольку считаю ниже своего достоинства обсуждать дам, которые одарили меня своей благосклонностью. А теперь, дорогой друг, пройдемте в столовую. Другие гости и хозяйка нас уже заждались.