Морган была потрясена. Она лишь покачала головой. В ее лексиконе не было слов, подходящих для таких ситуаций, с ней никогда прежде не случалось подобного. После Эвана она не подпускала к себе близко ни одного мужчину. Но даже Эван, во время их романа, не вызывал у нее таких бурных чувств, какие она испытывала сейчас в постели шейха Тагира.

О боже, она до сих пор находится в его постели!

— Я должна идти, — пробормотала Морган, сбросив его руку, и соскочила с кровати, чтобы на этот раз он не смог ее остановить.

Но Тагир и не пытался ее задерживать. Он лег на спину и подложил руки под голову, очевидно, чтобы она могла, как следует рассмотреть то, от чего только что отказалась. Раздосадованная, Морган подняла с пола туфли, но не стала надевать.

— Это безумие. Мы только вчера познакомились и почти ничего друг о друге не знаем.

— Напротив, — ответил Тагир, вставая с кровати. Шейх напоминал поджарого грациозного хищника, и рядом с ним Морган почувствовала себя жалкой. Он протянул руку и коснулся волос девушки. — С распущенными волосами ты гораздо красивее. — Тагир провел по ее щеке. — А еще я знаю, что твоя кожа нежная, как шелк. А ты знаешь…

Морган подняла глаза. Ее могли возмущать его поцелуи, но такая нежность вызывала совсем иные чувства. И это пугало.

Она сглотнула, когда Тагир взял ее за руку.

— Ты знаешь, — продолжил он, положив ее ладонь себе на грудь, — что с каждым ударом моего сердца остается все меньше времени до того часа, когда мы займемся любовью. Я начинаю вести отсчет.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Отдернув свою руку, Морган бросилась к двери, но ноги ее не слушались.

— Ты, правда, хочешь выйти в таком виде? Хочешь, чтобы остальные подумали, будто ты уже поддалась моим чарам?

Морган посмотрела на себя, и на нее нахлынула новая волна отчаяния. Юбка перекрутилась и задралась, блузка была расстегнута до пояса, волосы растрепались. Тагир прав, она не может выйти в таком виде.

— Можешь воспользоваться ванной, — предложил шейх, открывая боковую дверь. — Уверяю, тебе нечего бояться. Когда ты выйдешь, меня здесь уже не будет.

Морган глубоко вдохнула. Почему она должна ему верить? Впрочем, что ей оставалось делать? Она прошла мимо Тагира, игнорируя жар, исходящий от его почти обнаженного тела.

— Лучше закрой дверь, а то я могу передумать, — предупредил ее он.

Черт бы его побрал! — пробормотала она себе под нос, очутившись в ванной, которая больше напоминала гримерную голливудской кинозвезды. Каждая мелочь здесь кричала, что Морган чужая в этом мире роскоши. Его мире.

Посмотревшись в зеркало, девушка пришла в ужас. Все было хуже, чем она думала. Губы припухли от поцелуев, глаза блестели от удивления и страха. Со спутанными волосами и в мятой одежде она выглядела так, словно уже покорилась неотразимому шейху Тагиру.

Наконец Морган поняла, для чего ее пригласили в Джамалбад. Сама того не подозревая, она стала игрушкой в руках шейха. Очевидно, после смерти невесты ему хотелось утешиться. Морган влекло к нему, но она слишком себя уважала, чтобы становиться чей-то содержанкой.

После разрыва с Эваном, девушка пообещала себе, что больше никогда никому не позволит себя использовать. Почему она должна делать исключение для шейха Тагира?

Выйдя из самолета, Морган почувствовала себя словно в печи. Прожив всю жизнь в Австралии, она думала, что сможет приспособиться к любой температуре, но здесь было так жарко, что градусники, наверное, зашкаливали. Даже в тонких чулках у нее моментально вспотели ноги, губы стали сухими от недостатка влаги в воздухе.

А ведь я не провела здесь еще и минуты, подумала Морган, спускаясь по трапу вслед за Нобилой. Аэропорт ничем не отличался от других, но за его оградой во все стороны простирались вдаль золотые пески. Однообразную картину нарушала лишь скудная растительность, борющаяся за жизнь в суровом климате пустыни.

И все же, несмотря на жару, Морган оценила величественную красоту пейзажа. Какие бы разногласия ни возникли у нее с шейхом Тагиром, это не уменьшит ее интерес к стране.

Шофер в униформе усадил их в лимузин, и Морган как никогда обрадовалась кондиционеру. Нобила улыбнулась.

— Теперь ты видишь, почему некоторые жители Джамалбада уезжают из страны в самые жаркие месяцы.