Морган могла им только посочувствовать. Она не представляла, что может быть еще жарче. Затем дверца открылась, и к ним присоединился Тагир.

Это была их первая встреча после того, что произошло в спальне. Ей понадобилось два часа, дабы понять, что его поступками двигала скука. Два часа она пыталась убедить себя, что по возвращении домой он о ней и не вспомнит.

Но одного взгляда золотистых глаз оказалось достаточно, чтобы результат этих усилий сошел на нет. Какую бы игру он ни задумал, она еще не закончилась.

Поинтересовавшись у матери о самочувствии, он обратился к Морган.

— А как насчет вас, мисс Филдинг? — спросил он, откидываясь на спинку сиденья. — У вас остались приятные воспоминания о полете?

Морган почувствовала, как ее лицо заливает краска, но черта с два она доставит ему удовольствие, выдав свое волнение!

— Да, разумеется. Мы с Нобилой посмотрели интересный фильм, а затем она показала мне портреты некоторых членов вашей семьи.

Он поднял брови.

— Вот уж не думал, что это можно назвать самой увлекательной частью путешествия.

— Даже если и было что-то более примечательное, я этого не припомню, — невинно произнесла девушка.

Глаза Тагира сузились, уголки губ приподнялись, и у Морган возникло такое ощущение, будто она только что бросила ему сильнейший вызов. Но неужели он предполагал, что она упомянет о произошедшем в комнате для отдыха в присутствии его матери?

Впрочем, ничего особенного и не случилось. Когда ей снился кошмар, Тагир оказался рядом. Он воспользовался ситуацией, а она была слишком потрясена, чтобы его вовремя остановить. При воспоминании об этом, Морган помрачнела и мысленно пообещала себе, что больше никогда не допустит подобного.

Чтобы укрепиться в своей решимости, она отвернулась и стала смотреть в окно, слушая комментарии Нобилы. Ведь она прибыла сюда, чтобы познакомиться со страной, не так ли? Вскоре пальмы, растущие вдоль дороги, стали уступать место небольшим поселениям, которые Нобила поочередно назвала.

— Далеко еще до центра Джамалбада? — спросила Морган, и ее любопытство было щедро вознаграждено, когда за следующим поворотом показались два офисных здания. Она уставилась в окно, ощущая себя скорее восторженной школьницей, чем двадцатипятилетней женщиной. За современными башнями из стали и стекла виднелось голубое море. Это походило на мираж вдалеке, на обещание рая.

— А вот и дворец, — произнесла Нобила, указывая на ближайшее к морю здание. — Его видно отсюда.

Все, что Морган удалось разглядеть, — это богато украшенный центральный купол, блестящий на солнце, и несколько рядов сводчатых окон. Судя по всему, дворец был огромным.

— Мы будем там минут через десять, — добавила Нобила.

Они проехали мимо пестрого шумного базара. Благодаря навесам и легкому морскому бризу, здесь было прохладнее, и Морган, опустив стекло, подставила лицо ветру. Некоторые женщины были одеты в яркие национальные костюмы, наряды других сочетали в себе элементы западной и арабской одежды. Мужчины, похоже, предпочитали длинные белые халаты, полы которых струились при ходьбе словно вода.

— Все именно так, как вы рассказывали, — сказала девушка Нобиле, не в силах скрыть своего волнения. Именно за этим она сюда и приехала — чтобы увидеть своими глазами краски другого мира. — Все так замечательно.

— Я рад, что вам нравится моя страна, — произнес Тагир, когда машина проскользнула в богато украшенные ворота. — Благодаря этому ваше пребывание здесь доставит остальным еще больше удовольствия.

Морган посмотрела на шейха, пытаясь прочитать его мысли и гадая, был ли у его слов скрытый смысл. Лицо Тагира было непроницаемым, но все же было видно, что он по-прежнему ею интересуется. Когда их взгляды встретились, внутри у нее что-то подпрыгнуло. Морган больше не могла этого отрицать. Ее волнение не могло быть связано лишь с приездом в Джамалбад.

Правда заключалась в том, что она влюбилась в мужчину с золотистыми глазами. Несмотря на все предчувствия и страхи, девушка в глубине души хотела заняться с ним любовью.

И не могла ждать.

— Мисс Филдинг, — сказал Тагир, протягивая ей руку, когда шофер открыл дверцу.